Спаси меня

Он все еще думал, что у него нет шанса самому решать, как должна выглядеть жизнь. Да и как он мог думать иначе, если его ждало наследство, которое ляжет на плечи тяжелым грузом.

– Мечты важны, Джеймс, – прошептала я.

– Тогда ты и есть моя мечта.

У меня на миг перехватило дыхание, но я быстро поняла, что это была лишь вялая попытка отговориться и не реагировать на то, что я сказала.

– Это не работает, к сожалению.

Он криво усмехнулся:

– Да было бы и слишком просто к тому же.

– Чего же тебе хотелось бы? Что тебя больше всего воодушевляет?

Над этим ему пришлось некоторое время думать. Я почувствовала, как он вдруг напрягся, и поцеловала его в грудь, как бы говоря, что все хорошо и что ему не надо торопиться.

– Я спорт люблю, – начал он издалека. – И литературу. Искусство. Хорошую музыку. О, и острую еду. Острую азиатскую еду, если уж быть точным. Я бы поехал в Бангкок и все там перепробовал на уличных торговых точках.

Я улыбнулась, уткнувшись в его кожу:

– Наподобие жареной саранчи?

– Вот-вот. – Напряжение медленно отступало.

– Но все это вроде бы из области возможного.

– Это вещи, которые люди предпринимают в отпуске. Это не может рассматриваться как жизненная цель.

Я наглаживала нежные круги по его животу.

– Это только начало. Ты можешь все это делать, когда перестанешь стоять на пути у самого себя.

Джеймс ничего не ответил.

Мне в голову пришла одна идея. Я решительно встала и начала искать на полу свое белье. Оно находилось рядом, отброшенное не так далеко, и я влезла в трусики, а потом в бюстгальтер. Я увидела на стуле у письменного стола серую толстовку Джеймса. Надела ее и стала осматривать стол.

– Что ты делаешь? – спросил Джеймс. Я взяла черную записную книжку с тисненой витиеватой буквой «Б» и ручку перед тем, как повернуться к нему. Он тоже встал и начал натягивать боксеры.

– Мы сейчас напишем список, – ответила я и забралась с записной книжкой в постель.

Джеймс посмотрел вопросительно. Я похлопала по кровати, показывая ему место рядом с собой. Постель была еще теплая, и запах Джеймса окружал нас. Недоверчиво поглядывая на меня, он медленно приблизился. Матрас просел под его тяжестью, когда он сел рядом.

Я перелезла через него и включила ночник у кровати. Затем раскрыла на коленях записную книжку.

– Всякий раз, когда мне плохо, я составляю списки. Это мне еще в детстве помогало сохранять ясную голову. Даже если все проходило не так уж гладко, – объяснила я. – Я нахожу себе вдохновляющую цитату или помечаю вещи, которые непременно должна сделать или которые впоследствии хочу изменить в мире. – Я подняла ручку вверх. – Обычно я использую разноцветные ручки, но уж обойдемся тем, что есть.

Недоверие в его взгляде растаяло, и он улыбнулся.