Тебе принадлежу (СИ)

Заметив мое движение, Макс, вдруг, тянет меня за волосы и отрывает от себя.

— Раздевайся, малышка — произносит хрипло.

Глава 24

Макс

—Раздевайся, малышка, — получается слишком резко, но на нежности я сейчас не способен. Черт. Ни одну женщину я не хотел так, как ее. Восемь лет, восемь гребанных лет мозги мне рвет, душу наизнанку выворачивает. Поработила своими до безумия милыми косичками, улыбкой своей особенной. – Раздевайся, Катя, — повторяю настойчивее, и наблюдаю, как она, кусая губы, стягивает с себя футболку. – Дальше, - приказываю и задыхаюсь от вида ее тела, как пацан шестнадцатилетний готов кончить.

—Я думала, тебе нравится, - произносит, вдруг, тихо и глаза стыдливо отводит. — Я что-то не так сделала?

Не так? Не так, блядь, да это лучший минет в моей жизни. Не так! В жизни ничего подобного не испытывал, только с ней, с ней все иначе. Острее. Ярче.

Скольжу взглядом по обнаженному телу, член дергается от выпирающего наружу желания оказаться в ней. Мозг окончательно стекает в «штаны». Повернулся на ней, окончательно и бесповоротно.

"—Иди сюда, — стоит, не двигается, взгляд потух. Идиот. Она же сейчас надумает себе, черт, да откуда в тебе это неуверенность, малышка, неужели не видишь, что я помешан на тебе. - Иди ко мне, - повторяю и сгораю от нетерпения, приподнимаюсь слегка и опираюсь о спинку кровати. Меня ведет, перед глазами плывет, когда она наконец забирается на постель. Касаюсь ее, сжимаю в руке небольшую грудь, другой рукой спускаюсь ниже, дотрагиваюсь до возбужденных, истекающих соком лепестков и сжимаю зубы. Мокрая! Моя девочка! Хочет меня! Не могу больше, хочу быть в ней, хочу слышать ее стоны, слышать свое и имя в момент ее оргазма.

—Сегодня ты сверху, малышка, — произношу задыхаясь. Черт, детка, не медли, давай же.

—Тебе больно будет, — шепчет неуверенно и бросает взгляд на бинты, а я готов стонать от нетерпения. Глупышка.

—Мне будет больно, если ты сейчас же не окажешься на мне, - рычу, подхватываю ее под бедра и тяну на себя. Напряжение острой болью отдается в бок, туда, где недавно побывала пуля, но эта боль ничто, по сравнению с той, что я почувствую, если сейчас же не ворвусь в любимое тело.

—Ахх, - срывается с ее губ громкий стон. Музыка для моих ушей. Красивая, безумно красивая, настоящая и вся моя. В глазах темнеет от удовольствия. Черт. Презервативы. О них я вспоминаю в последний момент, но прерваться – выше моих сил.

—Вот так, детка, давай, девочка моя, - язык заплетается, шепчу какой-то бессвязный бред, пока она опускается на мой член и стонет, откинув голову назад.