Теперь мы квиты

Тот ничего не отвечает. Послушно отворачивается к монитору, а я поднимаю на Варламова смеющийся взгляд.

– Что? – возмущенно произносит одними губами.

Ничего не отвечаю.

– Вот, смотрите, эти п*д*ры приехали в начале десятого, – Дема указывает пальцем в экран, на только что подъехавший внедорожник. Все устремляют взоры в монитор.

Из черного авто появляются двое. Один подходит к багажнику и, открыв его, достает канистру бензина. После чего эти двое идут в сторону здания клуба. Камера снимает только фасад, поэтому нам не видно, что именно они делают сейчас. Но спустя несколько мгновений с боковой стены появляется дым, а еще спустя несколько минут злоумышленники выбегают во двор. Один из них приближается к лавочке у входа и двигает ее к дверям, блокируя.

А ведь в этот момент там были Нинель с Лукой – младшим.

– Вот г*ндон, – рычит Остап. Лука и Дема молча всматриваются в монитор. Илай… он как камень. Просто сидит и смотрит на ублюдка, со сцепленными перед собой руками. Представить не могу, что творится внутри в этот момент.

На злоумышленниках черные маски, на головы натянуты капюшоны, лиц не видно. Парни пытаются разглядеть их. А я смотрю на обувь преступников и узнаю Ромины туфли. Именно в таких он был сегодня в ресторане. Скольжу взглядом по фигуре мужчины и все сомнения отпадают. Это бесспорно он.

– Мы так ни хрена не поймем. Тут ни лиц, ни номера машины нет, – рычит Лука.

Все молчат, а у меня внутри замирает все. В моменте «за секунду до взрыва».

– Может попробовать наши записи восстановить? Аппаратная сгорела к чертям, но может что осталось, – словно сквозь дымку голос Демида."

"А я в небытие выпала. Смотрю на спины ребят. Напряжены до предела, растеряны, но каждый друг за друга горой. И ведь Марика права. Это все Вершинин виноват. А я тоже Вершинина? Как после этого ко мне отнесутся остальные? Станет ли это рубиконом? Смогут ли они доверять мне, или навсегда Варламову придется прятать меня от остальных?

А потом словно в себя прихожу. Господи, да о чем я думаю?! Все что мне нужно – безопасность Луки и его счастье. И я пообещала самой себе, что от рук моих братьев больше никто не пострадает. Я не допущу этого!

– Это Рома, – мой голос, словно удар гонга.

Все замирают. Поворачиваются ко мне, устремив напряженные взгляды.

– Ты уверена? – звучит тихий, вибрирующий от напряжения голос Луки.

– Да. Это он. Туфли… такие, с золотым носом у него были сегодня в ресторане. Я видела.

– С*кин сын! – раздается рычание Демида.

Илай молча поднимается со стула и направляется к выходу. Парни шокировано смотрят ему вслед.

– Нейман! – кричит Лука. Илай замирает, сжимая кулаки.

– Ты же понимаешь, мы сами его не вытянем. Там весь двор набит личной охраной.

Илай оборачивается, смотрит тяжело на Луку.