Тьма

Что я надеялась обнаружить?

Залпом допивая остатки кофе, я раздумываю вернуться в столовую за добавкой, но знаю, что это сделает меня нервной и дерганой. Вместо этого я открываю файлы с медицинскими записями; я просматривала их, когда прибыла, но это, по сути, данность, что все здесь неприлично здоровы. Есть редкие случаи сломанных конечностей или гастроэнтерита. Ничего важного.

Но, в отсутствие идей получше, я решаю присмотреться тщательнее. Сначала я проверяю данные Жан-Люка, надеясь, что они расскажут мне о семидесяти ледовых станциях, на которых он провел время.

Но, как и видеозаписи, его медицинские отчеты удалены из системы.

Это подозрительно? Я не уверена. Может, таков протокол в случае чьей-то смерти.

Записи Алекса, однако, все еще там. Я просматриваю их снова, ища что-нибудь необычное. Но там нет ничего, кроме случая ветрянки, когда ему было семь. До самой смерти Алекс, по всей видимости, был в исключительной форме и невероятно активен.

Кто следующий? Мозг немедленно переключается на Арне. Я открываю его записи и читаю с самого начала.

Ушная инфекция в младенчестве. Сломанное запястье в подростковом возрасте. Приступ пищевого отравления, когда ему было за двадцать. Случай контактного дерматита во время его пребывания на Мак-Мердо. Ничего особо примечательного, но дата привлекает мое внимание – шесть месяцев после смерти Наоми Перез.

Узел затягивается в желудке, когда я смотрю на запись."

"Может ли это быть совпадением?

Это ничего не значит, твердо говорю я себе. Все-таки Арне открыто говорил о своем пребывании на базе США.

Люк тоже. И достаточно много членов летней команды, вспоминаю я. К тому же несколько зимовщиков также были на Конкордии, хотя я не могу вспомнить, кто; спустя какое-то время я отключилась от всех историй о приключениях на других станциях, подозревая, что большинство из них были сильно приукрашены или вовсе выдуманы.

Я рыскаю в медицинских записях остальных работников базы, но остаюсь ни с чем. Массируя лоб, я пытаюсь все это обдумать. Как я могу определить, что именно беспокоило Жан-Люка? И почему он хотел те тесты ДНК?

Я могу придумать только два способа: прямо спросить Сандрин или узнать из его личного файла.

Но я не могу получить доступ к той области информационной системы, а начальница хранит бумажные копии в своем офисе под замком.

Черт. Я вспоминаю, что мне нужно снова заполучить ключ от шкафчика в «Бета». Мне придется придумать способ пробраться обратно в офис Сандрин, когда мозг будет менее затуманен – может, у меня будет возможность заодно заглянуть в тот шкаф с документами.