Тьма

И он сказал в своем видео, что на базе может быть кто-то, представляющий опасность. Если это правда и убийца об этом узнал, это стало бы мотивом, не так ли, чтобы избавиться от Жан-Люка? И от Алекса, если он подобрался близко к правде.

Внимание Арне приковано к моему лицо все время, пока я говорю."

"– Кейт, ты хоть представляешь, насколько безумно это звучит?

Я моргаю, замерев от ужаса. Жалею, что пришла сюда и рассказала ему все это.

Глупо, Кейт. Ужасно глупо.

– Извини. Я думала, ты хочешь помочь. – Я отворачиваюсь, но он притягивает меня назад.

– Кейт, – говорит Арне примирительно.

Я киваю, смахивая слезу, скатившуюся по моей щеке со шрамом.

– У тебя есть какие-то доказательства? – спрашивает Арне. – Кроме данных с браслетов?

– Нет, – качаю я головой. – Только снимки следов на лодыжках Жан-Люка.

– Ты записала что-то из этого? Что сказал Жан-Люк?

– Я собиралась. Но он говорил на французском, и я хотела убедиться, что все правильно поняла. Я планировала показать Сандрин, но когда вернулась, чтобы посмотреть записи снова, кто-то удалил их из системы.

– На французском? – Арне закусывает губу. – Возможно ли, что ты неправильно услышала? Ты знаешь его не в совершенстве, верно?

– Не в совершенстве. Но я практически уверена, что он сказал именно это. Он хотел увериться, что мы не в опасности. Что-то вроде этого.

– Значит, у тебя нет доказательств без того видео? Ничего конкретного.

– Нет. Кроме фотографий лодыжек Алекса. И, наверное, пропавших таблеток.

Арне меряет меня взглядом, и меня осеняет. Он знает. Он знает обо мне.

О Господи. И теперь он мне не верит. Думает, что я прикрываю свою зависимость.

Я моргаю, пытаясь придумать, что сказать, но он опережает меня.

– Кейт, что именно ты хочешь от меня?

Я стою, сомневаясь. Я не знаю. Понятия не имею, как со всем этим справиться. Внезапно стресс и усталость, переживания за Каро, за мой конфликт с Сандрин, за все полностью захлестывают меня.

– Я… – голос ломается. Я заливаюсь слезами.

– Кейт, иди сюда. – Арне заключает меня в объятия, а затем тянется в карман за пачкой салфеток.

Я вытираю глаза, вдыхая глубоко, все еще прерывисто дыша от переизбытка эмоций. Он забирает у меня салфетку и промокает мою щеку. Потом неожиданно наклоняется и целует меня.

Наши губы соприкасаются только на несколько секунд, прежде чем я прихожу в себя и отстраняюсь.

– Прости, – бормочет он. – Неуместно. Я просто хотел сделать это очень давно. И да, я знаю, что сейчас не время.

– Все в порядке. – Я пытаюсь разобраться в клубке своих эмоций.