Тьма

 – Она обнимает и целует в щеку всех по очереди. – Спасибо за приятный вечер.

Мы желаем друг другу спокойной ночи, и Элис уходит, Роб и Люк провожают ее взглядом.

– Забудь об этом, – саркастично произносит Дрю с нью-йоркским акцентом, насмешившим остальных.

Мы вчетвером пускаемся в длинный и путаный разговор. Люк, узнаю я с удивлением, изучал искусство в Утрехте, прежде чем решил переучиться на электрика. Я обдумываю это, пока остальные переговариваются. Вот почему он такой… враждебный? Какой-то побочный эффект его нереализованных творческих амбиций?

Я не собираюсь спрашивать, но узнаю больше о Робе, который описывает детство в Австралии в семье иммигрантов из Азии – имитация гибридного австралийско-тайваньского акцента его матери смешит Люка и Дрю так сильно, что у них на глаза наворачиваются слезы.

Я постепенно расслабляюсь, хотя часть меня все еще зацикливается на том, что случилось с Алексом раньше. Что он имел в виду? Что именно остальные считают его виной?

Стоит ли мне спросить у Дрю?

Нет, решаю я. Если кого и спрашивать, то самого Алекса. Я разберусь с этим завтра. И проверю Тома тоже, раз на то пошло.

– Ладно, я пойду в кровать, – говорит Роб в итоге. Люк осушает бокал пива и присоединяется к нему. – Не сидите допоздна, – обращается он к нам с легкой ухмылкой.

Я наблюдаю, как они уходят, гадая, идут ли они еще раз накуриться. Вполне возможно.

– Мне тоже нужно ложиться, – вздыхаю я. – У меня действительно много работы завтра. Воскресенье или нет.

– Эй, еще рано, – замечает Дрю. – У нас еще три месяца ночи впереди. Ты не можешь провести все это время, прячась в клинике.

Я колеблюсь.

– Останься, составь мне компанию, – настаивает он.

Он прав. Я сомневаюсь, что мне тоже удастся хорошо поспать, особенно с учетом того, что произошло сегодня. Так что я позволяю ему снова наполнить мой бокал, отлично зная, что пожалею об этом завтра. Но мне уже все равно. События вечера потрясли меня, и я благодарна за возможность вычеркнуть их из мыслей.

– Ты мало рассказала о себе, – начинает Дрю. – Фактически ты никогда этого не делаешь. Я едва ли что-то знаю о тебе.

Я киваю, удивляясь тому, что он обратил внимание на мою скрытность.

– Я полагаю, что не считаю себя интересной темой для разговора, – увиливаю я.

– Предпочитаешь самоцензуру, а? – Дрю берет горсть арахиса и медленно жует орешки, разглядывая меня. Он и правда безумно красив, думаю я, чувствуя себя слегка пьяной. Ясные голубые глаза и легкий загар. Идеальная щетина.

Совсем не моего поля ягодка.