Тифлис 1904

Сейчас это было ему на руку – он хотел переговорить с Щербаковой наедине. Войдя в квартиру, Алексей Николаевич первым делом спросил:"

"– Максима Вячеславовича нету?

– Нет, и долго еще не будет. Что-то он заработался вконец.

– Мария Ивановна, можно я спрошу прямо?

Врачиха встревожилась:

– Что случилось? На вас лица нет.

– Ответьте, только честно. Обещаете?

– Да что произошло, Алексей Николаевич? – схватилась за сердце жевешка.

– Извините мой вопрос, Мария Ивановна, но… Что связывает Викторию Павловну с вашим мужем?

Щербакова помертвела, медленно опустилась в кресло и спросила тихо:

– Вы уже знаете?

– Ответьте, пожалуйста.

Хозяйка отвернулась к окну, пряча глаза.

– Они любовники.

– Давно?

– Три года как.

– И он спускает ей связь со мной?

Щербакова поглядела на гостя с сожалением и ответила:

– Не просто спускает, он на ней настаивал. Можно сказать, толкнул к вам в постель.

– Поясните, – снова заговорил сыщик. Во рту у него пересохло, и вообще хотелось разбить голову об стену.

– Максим Вячеславович нарочно подсунул вам Вику. Чтобы шпионить.

– Шпионить? Зачем?

– Его очень интересует ваше дознание. И не просто из любопытства.

– Продолжайте.

Щербакова вскочила, подбежала к бюро, взяла оттуда какой-то предмет и протянула сыщику. Тот с удивлением увидел золотые часы с гербом.

– Зачем вы их мне дали?

– Это я обнаружила сегодня утром. Он их забыл. А я стала заводить механизм и…

– Да в чем дело? «Тиссот» Скибы, я уже держал его в руках.

– А вы вглядитесь как следует. Номер, номер посмотрите.

Лыков откинул крышку и опешил. Это были его наградные часы, которые разбойники отобрали у сыщика на Кахетинском шоссе.

– Как они тут оказались?

– Говорю же: лежали на бюро. Вчера Максим бранился, что завод совсем ослаб, надо чинить или вообще выбросить. Никчемные, так он их назвал.

– И что?

– А сегодня я вдруг вижу, что часы другие, не его. Он подменил их. Я правильно догадалась, что это ваши?

– Да.

– Ну конечно. Откуда в нашей дыре взять другие часы из Кабинета Его Величества. Разве только у князя Голицына стащить.

– Но как они у него оказались? – ошарашенно произнес сыщик и все-таки стукнул себя кулаком по лбу. – Впрочем, понятно…

Но тут же усомнился:

– А для чего Скиба их подменил?

– Ах, право, – скривилась врачиха. – Привык хвалиться своим «Тиссотом» с гербом. А тот возьми да и сломайся. Он и прицепил чужие.

– Но это же опасно.

– Ничуть. Вам он заранее показал часы, свои старые. Теперь ничего опасного. Вы же не станете смотреть их второй раз?

– Но вы, вы! Вы же их заводите. Неужели мог умный человек предположить, что вы не заметите подмену?

– Я много чего замечаю, Алексей Николаевич, – вздохнула Щербакова. – Замечаю и молчу. Денег вот у него стало уж больно много.