Тринадцатый IV

Но как только слуга поставил кувшин на стол, он наклонился к моему уху и тихо сказал:

— Господин, у ворот поместья трое людей. Они утверждают, что пришли устраиваться на работу.

— А у них случайно не Юсуповы фамилия? — спросил я, не скрываясь.

Иван Фёдорович услышал и закатил глаза. Да, такой наглости от родственников он точно не ожидал. Ладно ещё, когда они просто названивали ему на телефон, но теперь они решили докопаться лично.

— Да, князь, — кивнул слуга."

"— Передайте им, пусть приходят через пять лет. Тогда откроется ближайшая вакансия, — улыбнулся я.

Слуга кивнул и удалился.

— Алексей Дмитриевич, прошу прощения, но почему бы просто не послать их куда подальше? — поинтересовался Иван Фёдорович.

— Потому что они реально будут ждать пять лет. Люди не способны устоять перед лёгким способом возвыситься. И когда они придут через пять лет, велю им передать, что набор закончился день назад.

— А план хорош! — усмехнулся куратор.

Мы кивнули друг другу, и я продолжил общение с семьёй. Не знаю, как это выглядело у моего предшественника, но сейчас это было похоже на совещание менеджеров среднего звена перед руководителем.

Слуга вернулся через полчаса с неутешительными новостями:

— Господин, молодая женщина вооружилась рупором и кричит, чтобы вышел её брат.

Иван Фёдорович прикрыл лицо руками. Прекрасно понимаю его, стыд да срам…

— Позвольте, я её отважу? Видимо, она не успокоится, — сказал куратор.

— Иван Фёдорович, если честно, я впервые вижу такую настойчивость. И где она рупор взяла… — прокомментировал я.

— В торговом центре на соседней улице, — ответил слуга.

— Мне кажется, она не в себе, — предположил Иван Фёдорович.

— Вызвать санитаров? — уточнил слуга.

— Нет, — ответил я. — Передайте, что если она ещё раз придёт раньше, чем начнётся набор, то нам придётся подать в суд и получить запрет на приближение к нашему дому.

Это сработало. Больше никто в рупор не звал ни Ивана Фёдоровича, ни тем более меня. Всё же надеюсь, что это последствия проклятья, и девушка образумится… Иначе нам ещё придётся столкнуться. Не понаслышке знал, что и упорство может превратиться в манию. Тогда человек никогда не успокоится, пока не добьётся своего.

После долгого делового обеда с семьёй я принял клятву у последних слуг, да и девушка-финансист приехала. Я говорил с ней долгих два часа, и она себя показала, как высококвалифицированный специалист. Мы обсудили все задачи, составили список. Меня заверили, что больше не нужно думать о регулярных переводах на обеспечение семьи и зарплаты, как и о многом другом.

С плеч сняли груз весом в целую тонну.