Ты для меня? (СИ)

Но, любо…

Договорить ему не позволила —  сердце неистово рвалось из груди от его слов —  просто заткнула рот опешившего мужчины жадным собственническим поцелуем.

Прошлое не в счет! Нужно быть мудрее…

— Не трать силы, — загадочно улыбнулась, медленно отстраняясь, — ночью будешь извиняться! Да так, чтобы меня было слышно в радиусе трех километров.

Девушка специально говорила громко, чтобы Роман Сергеевич раз и навсегда понял, кто ее мужчина.

— Принято, Мелкая! —  Хищно оскалился.

— Ой! —  Воскликнула вдруг Регина, привлекая к себе внимание. —  Простите, что прерываю.

Кто?

Сюрпризы она любила, а потому и помчалась со всех ног. Не разбирая дороги.

Уже закрывая за собой дверь, отчетливо услышала характерный глухой звук...похожий на удар.

И хруст, вперемешку с отборным матом Антипова.

Вот, дела...кажется, кому-то в эту самую секунду сломали нос!

Глава 49

Оказавшись внутри, Лера крепко зажмурилась. Облегченный вздох сорвался с губ. Далее присутствовать при «милой беседе» закадычных друзей особого желания не возникало.

Сами кашу заварили, сами и разберутся. Без ее участия.

Тем более, будучи относительно приличной девушкой, повода Антипову никогда не давала.

Она медленно прислонилась лбом к дверному полотну, стараясь усмирить разбушевавшийся пульс. Однако у судьбы, очевидно, были на нее другие планы —  едва сердце из груди ни выскочило, когда кто-то беззвучно приблизился со спины, и настойчиво дернул за подол юбки. Стремительно развернулась, чудом удержавшись от испуганного вопля.

— Ты что…тоже устала? —  Карие глазенки-пуговки с толикой грусти, но абсолютным обожанием взирали на нее снизу вверх.

Внутри все сжалось до предела, защемило от затопившей душу нежности.

— Эй! Кто это у нас тут? —  Проворно опустилась пред ним на корточки. Поспешно обняв, смачно расцеловала смеющегося ребенка. —  Маленький мой…ты что здесь делаешь?

Один?

Мальчуган гордо расправил плечики:"

"— …обещала привезти меня к тебе, если я все вытерплю…и не стану бояться. Я не боялся. И не баловался. Дядя доктор сказал, что я очень смелый! —  Спирина сосредоточенно пыталась хоть что-то понять из сбивчивого рассказа ребенка, но выходило с большим трудом.

— Как спит? —  Недоуменно. —  Где?

— Вон там, — ткнул пальчиком на одно из кожаных кресел, в котором действительно, максимально удобно устроившись, дремала Смирнова. Судя по количеству изрисованных листов бумаги, в хаотичном порядке заполняющих пространство близлежащего журнального столика, скучать Антошке не пришлось.

— Да не сплю я! —  Жадно зевая, отозвалась Анна.