Училка и медведь

Кажется, она тоже расстроена, судя по тому, что часто потягивает носом. Так делают, когда пытаются сдержать слёзы или когда успокаиваются после рыданий.

И я вместо раздражения, что мне не дали побыть одной и прийти в себя, вдруг чувствую к ней некую солидарность. Родство, что ли. Эмоциональное. Хотя я понятия не имею, что её расстроило.

У неё звонит телефон, она коротко отвечает, что занята и сбрасывает. И каково же моё удивление, когда я узнаю этот голос! Потому что знаю я его очень и очень хорошо.

— Василина? — спрашиваю осторожно, хотя сомнений нет — это она.

Девушка вздрагивает и поворачивается ко мне.

— Карина?!

— Вася! Ничего себе встреча!

Она привстаёт с лавочки и подаётся ко мне, я тоже встаю и крепко обнимаю её.

— Ты как вообще… в Москве? Почему не сказала?

— Не успела. Недавно переехала.

— Прям переехала? Вау! Расскажи! Это связано с тем дровосеком, о котором ты рассказывала?

— Да, — не могу сдержать улыбку и на автомате трогаю живот.

— Да ладно! — восклицает Вася, округляя глаза и опускает взгляд на мою талию. Точнее место, где она когда-то была. — Блин! Да ладно! Расскажи!

Мы снова присаживаемся на лавочку, всё ещё не верится в такую случайную встречу.

Я рассказываю Василине о том, что узнала, что беременна в тот день, когда она прилетала в Волгоград, и мы встречались втроём подружками за бокальчиком вина. Что была ужасно растеряна, да и Коля как раз стал давить, пытаясь обобрать меня до нитки. С неприятной горечью в груди говорю, что даже подумывала об аборте. Да что там подумывала, я пошла на него.

И о том, что передумала по дороге в клинику, и что Богдан там меня и встретил, тоже рассказываю, а сама будто заново переживаю тот день.

Ну и о сегодняшней ситуации рассказываю. Даже облегчение на душе чувствую, поделившись с близкой подругой.

Ещё мы говорим о Кате. Василина приходит в шок от того, что наша подруга сбежала. Васе она тоже ничего не сказала, как и мне. Ни одной весточки за несколько недель.

— А с тобой что? — спрашиваю я, потому что вижу, что с Василиной тоже не всё в порядке.

— Паша уже ушёл в закат, — горько усмехается подруга. — Аккурат к моему недавнему возвращению из Волгограда.

— Офигеть, — я едва ли не роняю челюсть. — Как так-то?

Это прям как гром среди ясного неба. Это даже более странно и удивительно, чем измена Коли. Паша пылинки с Васи сдувал, за собой в Москву уехать так долго уговаривал. И тут такое…

Ох, ничего нет в жизни постоянного.

— Но проблема даже не в нём, — говорит она. — Помнишь, я говорила, что меня доканывает мой студент?

— Помню, да.