Уха из петуха

— Ну, Питушка, ты тако-ко-кой красивый у нас, тако-ко-кой…

— Ну, Буленька, ты тако-ко-кой умный у нас, тако-ко-кой…

— Пфр-р, ага, ага, слушай их больше, они табе в уши напоют щаз. Ходь сюды, че скажу-то. Я видал, у соседей дев молодых полным-полно появилось. Городские, небось.

— Да ладно-о-о? Симпатичные есть?

— Да полно.

— Питушка…

— Буленька…

— Цыть сказал.

— Ах он нам цытькает? Да мы тебе сейчас уко-ко-коротим-то топталку.

— Да мы тебя, да ку-ку-кукарекалку твою…

— А ты, сводник четырехногий, ща мы табе бошку-то поклюем."

"— Главна, сам у Вязьгино таскается, да и нашего с панталыку сбивает. Ах, глаза твои бесстыжие…

— Вы кудахчите, да не закудахчивайтесь, у меня от вашего этого ""ко-ко-ко"" холка чешется и грива перепутывается.

— Она у табе потому-у-у чешется, что ни стыда у тебя, ни совести. Заму-у-учил Самого беготней своей.

Мощная дубовая дверь отворилась без скрипа, и в просторный теплый хлев вошел Сам.

— Сахар? Сахар принес?

— А мне семечек?

— И нам, и нам насыпь.

— А ну все кыш отседова. Цы-ы-ыпа, цы-ы-ыпа, деток ваших давайте, я им яичка вареного рубленого принес. Да уймитесь вы, шарики мохнатые. А ты морду убери, и не фыркай ты мне в ухо, я сердитый ишшо на тебя. Опять от меня убег вчерась, а меня баба потом знаешь как ругала? У-у-у, рожа твоя бесстыжая.

— А я ко-ко-когда говорю, что бесстыжая, он мне цытькает.

— Кыш говорю. Опять под руку все лезете. Сперва малышню покормлю, потом вам насыплю. Ладно, ладно, уймись ты тереться об меня. Принес я тебе твой сахар. И тебе, Березушка, принес хлебушка ржаного с сольцой. Всем принес. Чай, мои вы все, — вздохнул Антоха, насыпал курам зерна, Березку угостил ломтем соленого хлеба, а хитровану Лужку скормил пару кусочков столь любимого им лакомства…

* * *— Я любила тебя, гад,

Двадцать месяцев подряд.

А ты меня — полмесяца,

И то решил повеситься.

— А-а-а-а.

— До свидания, родная,

Уезжаю в Азию,

И в последний раз сегодня

На тебя залазию.

— У-у-у-у.

— Гармонист, гармонист,

Положи меня под низ.

А я встану погляжу,

Хорошо ли я лежу.

— О-о-о-о.

— Милый мой, милый мой,

Не ложись ко мне спиной,

А ложись-ка грудию

Доставай орудию.

— У-о-о-о?

— Голова моя седа,

Но душа, как прежде,

И свежа, и молода,

И живет в надежде. Кхе-кхе, эт точно.

— Ага-а-а.

— Девки трусики сошили

Из железного листа,

Чтобы мухи не кусали

И не ржавела п… кха-кха, звязда.

— Ого-о-о.

— Я у милки ночевал,

Весь табак просыпался,

Мне не жалко табаку,

Вы… кха-кха вылюбил ее с боку.

— Агу-у-у.

— Не ходите девки замуж,

Ничего хорошего.

Утром встанешь — титьки набок,

И п… кха-кха звязда взъерошена.

— Что? Что-что у табе взъерошено, хрыч старый? Ат я табе… — шикнула сердитой гадюкой Анастасия Ниловна. — Ты чагой удумал — дитю похабщину всяку непотребну петь.