В объятиях страха, или За котом на край Вселенной

Нутром чувствовала – предстоит короткий, но неприятный разговор.

– Ты же создатель этой обители «осьминогов». – Айзек обвел рукой пространство. – Ты должна была видеть документы, отчеты… Хоть что-нибудь, малыш.

– Отчеты, – ухватилась я за это слово.

Задумчиво кивнув, выудила из памяти последние два дня перед отлетом. Взглянула на Ти-си, но отвлекать ее не стала. А ведь была странность. Я ее заметила в самом начале, и если бы попыталась разобраться еще тогда, то сейчас не стояла бы здесь.

– Лидия, если что-то есть, лучше об этом сказать сейчас.

– Было в последней экспедиции нечто странное.

 – Я тщательно подбирала слова. – Отчет. Всего одно предложение, словно забытое кем-то. Нестертое. В нижних слоях почвы при строительстве генераторных нашли некие наросты. Что-то, чего быть здесь не должно. После промелькнуло сообщение о двух несчастных случаях. Все на тех же ярусах. Но ничего конкретного. Будто данные уничтожили. Ни медицинских заключений, ни объяснительных. Ничего по этим двум эпизодам. Тогда это показалось мне странным. Но эта экспедиция тринадцатая, до этого на протяжении всего строительства, геологических разведок и прочего только два несчастных случая. Ничего не предвещало такого ужаса.

Я неуверенно взглянула на Айзека. Казалось, есть во всем этом моя вина. Мерзкое ощущение.

– Я так понимаю, промелькнула пара слов, что под этой станцией нашли нечто, и никто не соизволил исследовать это? – конкретизировал мои слова Айзек. – А теперь у нас полные шахты тварей с щупальцами, в которых развивается некий прототип инопланетных ос. Я ничего не путаю?

– Дико звучит как-то, – пробормотала я.

Откуда-то из глубины воздуховодов снова эхом донеслись вопли.

Вздрогнув, я поджала губы и уставилась в пол.

Отец здорово попотел, но таки добился того, что во всем и всегда я настойчиво искала признаки своей вины.

Без вины, но виноватая. По-любому. Ну а кто же еще, если не я?

– А почему они больше не ползут сюда? – Ан покосился на люки под потолком. – Мы ведь шумим.

Я снова тяжело вздохнула, чем привлекла внимание к себе. Сообразив, что на меня смотрят, пояснила:

– Потому что я спроектировала этот отсек как последнее пристанище на случай экстренной ситуации. Диспетчеры покидают станцию последними, и если они не успеют, то им придется здесь пересидеть, пока за ними не прибудут спасатели.

Вода, воздух… Все автономное и несколько отделено от основных отсеков. Они, похоже, из-за строения шахт просто не слышат нас. Мы их – да, они нас – нет. То, что здесь водилось, мы перемолотили в заправочном отсеке.

– Ну хоть на этом спасибо. – Ан кивнул. – Но те штуки, что чистят воздуховоды, я бы сюда вернул. Для спокойствия души.

– Сделаю, – пробормотала Ти-си, не отвлекаясь от скачивания файлов на свои носители.