В оковах Шейха

 Конечно, у него был пар, насадка для душа как в тропическом лесу и скользкий гель для душа по бокам, но его умные руки и рот заставляли ее забыть обо всем, кроме того, что она была обнажена с мужчиной, которого она хотела уложить в постель с принуждением и срочностью, которых она никогда раньше не чувствовала, срочность, которую он, казалось, не испытывал.

Когда он открыл краны и снял нижнее белье, она ахнула от его размера, но не от страха, а от предвкушения. Она не была девственницей. Она знала, как все работает и что обычно происходит, и, если быть до конца честной, ей всегда было интересно, каково это, заниматься любовью с мужчиной, настолько хорошо оснащенным.

 Но затем он зацепил пальцами края ее нижнего белья и спустил их вниз, и она представила, что минута или две прелюдии в виде намыливания кожи друг друга, и они будут заниматься любовью прямо здесь, в душе.

Очевидно, он не так уж и спешил.

Он снова поцеловал ее, долго и глубоко. Она вцепилась в его плечи, в то время как на них обрушился поток воды, его скользкие руки с ее мокрых волос переместились к её горлу, чтобы обхватить ее груди, прежде чем скользнуть вниз по бокам, прикосновение его длинных пальцев передало изгиб ее талии.

Она никогда раньше не чувствовала и не видела так ясно мысленным взором. Каждый изгиб, который, казалось, находили его пальцы, каждый выступ кости исследовали их, казалось бы, двигались неторопливо, но целенаправленно на юг. Казалось, будто его пальцы составляют карту ее местности.

Она снова ахнула, на этот раз в его ищущий рот, когда одна рука обхватила ее холмик. Она почувствовала, как его губы улыбнулись вокруг ее губ, прежде чем его рот опустился к ее шее, чтобы поцеловать ее плечо, а затем поклониться ее груди, когда он опустился перед ней на колени, его губы прошлись по ее животу, его пальцы глубоко между ее бедер и пульсирующей плоти, которая лежала внутри.

О боже. Она вздрогнула, когда он раздвинул ее ноги, подставляя лицо брызгам, когда его пальцы открыли ее для него. Выставили ее напоказ перед ним. Она думала, что знает толк в сексе. Она думала, что это закончится через минуту. Но с таким же успехом она могла ничего не знать. Она снова почувствовала себя девственницей.

Она вообще ничего не знала, но...

Удовольствие.

Оно накатывало на нее волнами, когда его язык касался самой ее сердцевины, дразня ее за пределами существования, за пределами разума, поскольку все, что она знала, было ощущением. Его язык. Пар. Вода, каскадом льющаяся на нее, и его пальцы, дразнящие, кружащие вокруг ее ноющего центра.

Прямо сейчас не было ничего, кроме ощущений, и неумолимого продвижения к тому месту, куда ее никогда не подводил ни один мужчина.