В твоих руках не страшно

Но отправил одного из двух охранников за его величеством, чтобы тот объяснил королю, чего «желается его избранной». И я уже было решила, что ничего из этого не получится, что Аедан мне не позволит. Он же даже о ловушке ничего мне не сказал. Точно не позволит.

От этой мысли я даже испытала трусливое чувство облегчения, что мне не придётся переступать через себя и приближаться к ненавистному Танраггосу. Не придётся больше смотреть на это чудовище.

И тут я увидела приближающегося к нам Аедана. Он шёл, окутанный тьмой, как мантией. Огромный, властный, жуткий и величественный одновременно. А я просто глаз не могла оторвать, восхищаясь, тая от своей любви к нему, которая теперь ощущалась ещё острее, и осознавая в полной мере, что теперь между нами стало на одну, непреодолимую для меня, преграду меньше. Он снова сдержал своё обещание. Защитил и уберёг."

"— Ты уверена, что хочешь этого? — спросил мой любимый демон, останавливаясь в шаге о меня. Буравя испытывающим взглядом.

— Я уверена, что должна. Я хочу быть свободной от него, — призналась, смотря Аедану в глаза. Большего объяснять ничего не пришлось.

Кивнув, он взял меня за руку и повёл за собой.

Танраггоса далеко увести пока не успели. И, как оказалось, мой бывший муж засаду мне устроил не один, а в компании своего верного Калвага и ещё нескольких головорезов, тела которых теперь сносили на кучу демоны. Мне хватило мимолётного взгляда, чтобы понять — им ничем уже не помочь, даже если бы хотелось.

И вот… То, что обещал мне Аедан, свершилось. Тот, кого я так долго боялась, стоит на коленях в тени огромного дуба и под неусыпным надзором двух суровых демонов-стражников. Стоит заломленными назад руками, закованными в кандалы, такой ничтожный сейчас, когда встретил противника гораздо сильнее себя.

С демонами воевать, это ведь не беззащитную жену кнутом пороть, не служанок насиловать со своей сворой гвардейцев. Сейчас он бессильно повесил голову, раскачиваясь из стороны в сторону, словно на ветру, скуля, как ничтожная шавка. А вокруг голодная Тьма, готовая разорвать его в клочья.

Крепко держась за руку Аедана, я шаг за шагом приближаюсь к своему бывшему истязателю. Жалкому. Поверженному. И он, словно чувствует моё присутствие. Вскидывает голову, впиваясь взглядом в моё лицо. Улыбается ядовито разбитыми в кровавое месиво губами.

— Ми-и-ина, неужели ты пришла?

— Да, я пришла, Танраггос, — произношу ровно. И даже дрожью голоса не выдаю, как тяжело мне даже просто находиться рядом с ним, просто дышать с этой тварью одним воздухом.

— И зачем же? Может, хочешь покаяться и попросить прощения за то, что предала своего мужа? Что позволила меня унизить… — щерится злобно.