Вершитель

– Интересно…

– Рада, что вас занимает этот вопрос, – кажется, в комнате уже слышно, как звенит внутри меня злость.

– Меня не волнует ваша личная жизнь, Виктория, – усмехнулся мужчина. – Мне непонятно, что в вас такого, что Рик надел вам кольцо, несмотря на полное отсутствие… близости. Все же для мужчины она важна, как понимаете. Я не могу представить Рика, удовлетворившегося платоническими отношениями. Насколько я знаю, он всегда был весьма… активным.

Я стиснула ладони в своем коконе. Дагервуд ударил не в бровь, а в глаз, надо признать. Сколько раз я думала об этом? Что не могу дать Рику то, что он хочет? И никогда не смогу. Сколько раз уходила от него, орала, чтобы он нашел себе нормальную девушку?

– Вы были вместе почти год, – все тем же равнодушным тоном продолжил мужчина. – И за это время не смогли привыкнуть к Рику настолько, чтобы приступы прекратились? Разве он не пытался вас… вылечить?

Очень хотелось кинуть в Дагервуда чем-нибудь тяжелым. Очень тяжелым. Вот прямо руки чесались.

– Пытался, – выдавила я. – Он верил, что если действовать постепенно, то мои приступы ослабнут.

– Ничего не вышло. – Дагервуд не спрашивал, ответ он уже знал. И почему мне показалось, что в его глазах мелькнуло удовлетворение?

Я сжала пальцами овальный камень на перстне, что носила. Само украшение было довольно незатейливым – из тусклого серебра, с простым плоским камнем черного цвета. Возможно, это был оникс или просто кусок гранита, я в этом плохо разбиралась. И считала кольцо скорее знаком внимания, чем реальной ценностью.

– Что вы к нему испытываете? – продолжил Дагервуд.

– За Рика я готова отдать жизнь, – твердо сказала я. – Если понадобится. Я его люблю.

– Не думаю, – безразлично ответил мужчина. – Скорее, вы ему благодарны.

– Вы ничего не знаете о моих чувствах! – со злостью возразила я. Если честно, было похоже, что Дагервуд ничего не знает о чувствах вообще.

И вновь мне показалось, что в серых глазах мужчины появились голубые линии, закручивающиеся в вихри и меняющие цвет. Он смотрел так пристально, что мне стало неудобно. А еще как-то слишком жарко, так, что кровь прилила к щекам. Он просто смотрел, а у меня перехватило дыхание, и я вдруг с поразительной четкостью осознала, что сижу в кресле практически голая. И все еще мокрая. И внезапно подумала, какой был бы поцелуй этого человека? Такой же, как прикосновение блондина – грубое и бесцеремонное? Или нет?

Абсурдность моих размышлений заставила недоуменно тряхнуть головой. Верно, происшествие в бассейне сильно повлияло на умственные способности, раз я докатилась до подобного! Хотя в любом случае, это лишь размышления, испытать поцелуй Дагервуда мне точно не доведется.

– Вы обещали рассказать, кто такая лейда.

Губы Дагервуда слегка изогнулись.