Во власти бывшего

Вот только стоит мне расстегнуть молнию и коснуться белья, как Воронцов перехватывает мою руку, второй медленно вдавливает сигарету в пепельницу, а затем притягивает меня к себе.

- Я, кажется, четко выразился, Пташка. Я хочу, чтобы ты разделась.

Сталь в его голосе обжигает. Покорно киваю и стягиваю платье вниз, надеясь, что хоть так смогу скрыть от него след.

Алекс одобрительно проходится взглядом по моей груди, которая фактически выставлена напоказ в том белье, что я выбрала.

- Встань, - хрипло просит он. - Хочу увидеть полностью.

Я понимаю, почему он просит. Эстет, чтоб его.

Воронцов обожал, когда я надевала провокационное белье. Мог долго разглядывать, подогревая наш общий голод друг по другу. Он всегда смотрел так, что я чувствовала себя богиней, не меньше.

Мне приходится подчиниться. Платье окончательно соскальзывает с меня, собираясь в бесформенное облако у моих ног. И я уже знаю, что будет дальше, но все равно оказываюсь не готова к хлесткому требовательному тону:

- Это что?!

- 13 Арина -

В ответ я только жму плечами. Пока Алекс сверлит меня тяжелым взглядом, уже подбираю вариант, как выкрутиться из сложившейся ситуации.

Он медленно прикасается пальцами к животу и проводит вдоль рубца. Тот почти незаметен уже. Так, едва-едва. Но Воронцов слишком внимателен к мелочам."

"- Я задал вопрос, Ари-на! - жестко произносит он. Чуть отталкивает и поднимается на ноги. Теперь уже Саша смотрит на меня сверху вниз. - Откуда этот шрам? В таком месте…

Нервно сглатываю и с огромным трудом выдавливаю:

- У меня была операция… По женской части.

- Подробнее! - чеканит он.

Я молчу. Если есть хоть малейший шанс, что Алекс не догадается, я хочу его использовать.

- Не думаю, что медицинские подробности тебе интересны.

- Я, по-твоему, совсем идиот? - зло цедит бывший. - Или ты забыла, кто я? Я могу раскопать все сам, но тогда…

- Пожалуйста, не надо, - не выдерживаю его давления и позорно всхлипываю. Жду, что он добьет меня, уже готовлюсь отражать очередную словесную пощечину, но вместо этого чувствую на плечах мужские ладони.

- Я хочу знать. Это то, о чем я думаю? Тебе делали кесарево?!

Его голос звенит от напряжения, Воронцов сдерживается, хотя мог бы, я уверена, размотать меня всего парой фраз. В этом он непревзойденный мастер.

- Да… - тихо отвечаю, прикрыв глаза. Свой выбор я сделала. Поздно.

- Ты сказала, у тебя никого не было. Это правда?

- Да.

- То есть ты скрыла от меня свою беременность?

Пауза затягивается, молчание между нами вязкое, густое. Мы оба в этой паутине лжи и притворства. А ведь когда-то мы были по-настоящему счастливы. По крайней мере, я так думала.

- Все случилось внезапно, - тихо говорю, не поднимая взгляда. - У меня пошла кровь, и… Мама перепугалась и отвезла меня в больницу. Рожать мне было еще очень рано.