Одна тень на двоих

Я так и знала. Где телефон, я вызову «Скорую»! Дай мне телефон! Сейчас же!

— Ты на нем сидишь, — сказал Данилов и улыбнулся. Ему было смешно и трогательно. — Ты сидишь на моей ноге, а в брюках телефон. Звонить никуда не надо.

— Ты весь в крови, Андрей, — она смотрела на него с ужасом, — из тебя течет кровь. Много.

Ему вдруг показалось, что она непременно упадет в обморок. Беременных женщин нельзя пугать, это очень вредно.

Пиджак спереди и вправду был мокрый, как будто Данилова кто-то окатил из ведра. Мокрый и теплый. Данилов потрогал это мокрое и теплое и посмотрел на свою ладонь.

В самом деле кровь.

— Не пугайся, — быстро сказал он Марте, — ничего такого. Я просто ударился, когда падал. Ты сможешь ехать или оставим твою машину здесь?

— Я отвезу тебя в больницу.

— Нет.

— Андрей, тебе нужно в больницу.

— Помоги мне подняться.

— Тебе нужно в больницу, Андрей! Из тебя кровь течет!

— Не называй меня Андреем! — приказал Данилов. Как только он поднялся, стало холодно, и снег под ногами показался ненадежным и скользким. В голове зашумело, и его слегка повело, как после первой сигареты после долгого перерыва. Пиджак на груди становился все тяжелее, словно наливался свинцом.

— Я доеду на своей машине, — сказал он упрямо, — мне завтра на работу.

— Ты не доедешь! Тебе нельзя ехать, черт тебя побери!

Ему было неловко признаться, что в высокую «Ниву» он сейчас, пожалуй, не залезет.

— Доеду. Садись в машину, Марта. Садись, и поедем.

— Ты ненормальный!! — завизжала она. — Ты псих, ты полоумный придурок! Дай мне ключи, я поеду на твоей поганой машине! Господи, ты упадешь сейчас, что я стану с тобой делать?!

— Открывается верхней кнопкой.

— Я знаю!

Кое-как они перебрались через дорогу.

Марта открыла пассажирскую дверь его «Фольксвагена» и подтолкнула Данилова внутрь.

— Самый маленький ключ от зажигания.

— Да знаю я!

— Как ты заберешь свою машину?

— Плевать я хотела на машину! Тебе нужно в больницу, Данилов!

По тому, что она назвала его по фамилии, а не Андрей, он понял, что она немного пришла в себя.

— Дома ты зальешь меня йодом, и все будет в порядке. — Он поежился, потому что было очень холодно, страшно холодно.

До его дома было минут десять езды. Марта доехала за семь."

"— Данилов, — мрачно сказала она, приткнув машину к забору, — надел бы ты дубленку, ты весь трясешься. И учти, что на руках я тебя не донесу.

— Не надо меня нести.

Кряхтя, он вытащил себя из машины и напялил дубленку, которую Марта сунула ему в руки. Ему не хотелось пачкать ее, и он все время старался не задевать пиджаком за чистый и мягкий мех. Все было хуже, чем показалось сначала. Вот черт.