Волчья хватка. Книга вторая

Сигнала от Коперника все ещё не было, и через пятнадцать минут вечерней тишины Савватеев услышал гул автомобиля, а вскоре на дороге показался микроавтобус с местными номерами. Перед ним торопливо распахнули ворота, машина въехала на базу и остановилась возле беседки. Вышедшие из неё две молодые женщины достали коробки и принялись ссыпать грибы, а мужчина взвешивал их и загружал в багажник — картина была деловитая и вполне мирная, однако стало тревожно и показалось, в наушнике тонко и надсадно запел комар.

Ещё не понимая причины, Савватеев огляделся и увидел пляшущего старика с двумя лукошками, который вышел далеко от того места, где заходил, и теперь спокойно вышагивал вдоль забора — похоже, не удалось спровоцировать его на скандал. Савватеев послал вызов Копернику и ответа почему-то не получил.

Внезапно за спиной послышался весёлый и задиристый голос, заставивший вздрогнуть от неожиданности:

— Здорово, мужик!

Савватеев обернулся: в двух метрах от него стоял улыбающийся мужчина в камуфляже, с карабином на плече и полевой сумкой в руках.

В зарубежных командировках, когда проводились похожие операции, этого не могло произойти в принципе. Руководителя операции обязательно кто-нибудь прикрывал и не позволил бы приблизиться на выстрел. Иначе бы этот выстрел давно прогремел или Савватеев давно бы парился на каких-нибудь мягких импортных нарах.

Дома же всегда казалось, и стены помогают…

— Здорово, — будто бы равнодушно отозвался Савватеев.

— Чего тут сидишь?

— Природой любуюсь.

— А-а!.. За опятами приехал? — мужчина бесцеремонно поднял пакет и вытряхнул содержимое. — Не густо… И мухоморчики берём? Поганочки?..

— Мы все берём, — ухмыльнулся на его намёк Савватеев. — Ядовитых грибов не бывает.

— Это ваши по лесу болтаются?

Судя по одеянию и дерзкому, самоуверенному поведению, это был хозяин охотничьей базы.

— Не знаю, может, наши, может, нет, — неопределённо проговорил Савватеев.

— Тачки в ельниках тоже ваши?

— Тебе чего надо, парень?

Его какая-то скользкая, улыбчивая наглость сразу же вызывала неприязнь — чувство в операции вредное и мешающее работать.

— Сколько братвы с тобой приехало? — он сел рядом и открыл сумку. — Семнадцать? Не считая шофёров?

Хуже того, после его слов Савватеев ощутил горячую волну раздражения: мужчина точно назвал количество задействованных в операции людей. Неужели при высадке затаился где-то и пересчитал? Водители, оставшиеся в машинах на связи, были проинструктированы, сказать ничего не могли да и в случае контакта немедленно бы доложили.

— Ты кто такой? — надменно спросил Савватеев. — Мент, что ли?

— Старший егерь Карпенко, — представился мужчина. — Придётся деньги заплатить.

— Это ещё за что?

— Сбор дикорастущих без путёвок.