Возвращение демонического мастера. Книга 3

Утро начиналось с построения и небольшой получасовой медитации на центральной площади, в ходе которой один из преподавателей ходил перед нами и вдалбливал в головы юных умов основы Пути Справедливости. Пока что в общих чертах, но в будущем у нас будут проводиться особые уроки по кодексу, оставленному нам лордами.

— Воины пути Справедливости — это светоч в мире тьмы. Мы должны вершить закон… — и все в таком духе. Учитывая, что мне известно, насколько всё это лицемерно, слушать наставления было откровенно тяжело.

Да и толку от этой медитации было мало. Чтобы медитировать у духовного источника, нужно было заплатить баллами по принципу один час — три балла, и пока что я не спешил это делать. Хотя бы потому, что не мог использовать в стенах школы технику Пожирания мира. Рю крайне не рекомендовал её использование, да и сам я не видел, чтобы кто-то другой использовал её. Так что надежды на то, что я смогу быстро набрать энергию, не оправдывались. Надо провести расчет, но по ощущениям техника Пожирания мира дает столько же, если не больше энергии, чем обычная медитация у духовного источника.

После завершения медитации шли на завтрак, где «справедливость» была представлена во всей красе. Ученики Громового дракона могли с любого стола выгнать остальных, а те должны были кланяться и расползаться словно тараканы. И это касалось каждого из факультетов. Дракон никогда не опускался до того, чтобы занимать столы Кита или Черепахи, но всегда поступал так с фениксами. Фениксы в свою очередь притесняли Кита, а Кит — Черепаху.

Я уже не раз видел, как при появлении учеников в бело-золотых ханьфу Фениксы кривились и поднимали подносы. Драконы при этом могли ради смеха выбить подносы из рук или подставить подножку. А когда парочка Фениксов из нового состава не захотела терпеть такое отношение к себе, их избили. Разумеется, не в столовой, а на тренировочной площадке под видом вполне обычного спарринга, но тут надо быть тупым, чтобы не понять, что это была демонстрация того, что бывает, если не следовать негласным правилам.

— Презрение к низшим, почитание старших… — равнодушно сказала Лей, когда мы наблюдали за тем спаррингом. — Видимо, нынче это и есть справедливость.

Несмотря на то, что мы теперь в одной команде, едва ли мы стали близки. Она была немногословна, холодна, не спешила идти навстречу, предпочитая держать некоторую дистанцию. Я уважал это, мне и самому было гораздо комфортнее одному, так что тоже не пытался навязываться.

Избиение было жестким, а учителя, словно негласно поддерживая эту практику, останавливали схватку гораздо позже, чем стоило бы.

Тренировочные поединки устраивали сразу после завтрака, но это было не обязательно.