Возвращение Низвергнутого

Пролетев спиной вперед несколько шагов, он грохнулся на каменные плиты двора. И завопил во все горло, забил ногами и руками, разбрызгивая по снегу алые капли крови. А я, замерев на месте, стоял и, слушая его крик боли, счастливо улыбался — мертвые и смертельно раненные так не вопят и не бьются. Жив коротышка… жив…

— Рикар, проверь его, — устало выдавил я, сдирая с головы заляпанный серебристой кровью шлем и подставляя ледяное лицо порывам зимнего ветра.

Говорил я без нужды — здоровяк уже подоспел к гному и, опустившись рядом с ним на колено, прижал Тиксу к земле, заставляя прекратить дергаться.

Повернувшись к ниргалу, я выдохнул:

— Молодец. В башню пока не заходить и это… прикрой-ка дверь поплотнее. И постой рядом на всякий случай.

Кивнув, ниргал ухватился за проржавленную дверь и, приподняв ее, прикрыл входной проем.

— Господин, да не удержит эта дверь никого — от плевка развалится, — крикнул Рикар, осматривая гнома. — Да и нет там больше никого, раз наружу не лезут.

— Не удержит, — согласился я, шагая к Рикару. — Но если из башни попытается выйти еще какая-нибудь невидимая тварь, то ей придется открыть дверь или сломать ее, и мы это увидим.

— Да нормально все, — буркнул Рикар, прижимая к окровавленному лицу гнома комок снега. — Две дырки и один глубокий порез. Кусками льда посекло. Плечо, бедро и щека. Повезло ему.

— Тикса, как ты? — нагнулся я над постанывающим коротышкой. — Живой?

— Живой. Мы гномы крепкий! — отозвался гном, сердито отпихивая руку здоровяка. — Но оченно больно! Такая тварь мы уже видеть! В том…

— Да-да, — буркнул здоровяк. — Видели. А теперь лежи и не дергайся. Надо раны перетянуть.

— Да никак, — фыркнул я, облегченно выдыхая. — Цел. Хотя если бы ты не подоспел вовремя со своим топором, то все могло бы обернуться иначе — уловив краем глаза движение, я повернул голову и увидел спешащих к нам через двор Мукри и Аллариссу. Лица заполошные, побелевшие от страха.

— Все в порядке! — крикнул я, и они облегченно замедлили шаг.

Дождавшись, пока они подойдут поближе, я коротко велел:

— Займитесь Тиксой. Перевяжите и помогите добраться до корабля. Рикар, пошли.

Едва ниргал вновь притронулся к двери, проржавевшие петли не выдержали и с хрустом лопнули. Переломившись на две части, некогда прочная металлическая дверь ржавым дождем осыпалась на снег, превращая его в грязное месиво.

Постояв немного на пороге, мы снова вошли внутрь башни. На этот раз обошлось без невидимых обычному взгляду сюрпризов. И едва эта мысль пришла мне в голову, я зло сплюнул и саданул железным кулаком по камню стены.