Возвращение Низвергнутого

Мгновением позже лошади вынесли всадников из леса, и их глазам предстало багровое зарево пожара, вздымающееся над крышей одного из домов. Порывы ночного ветра то и дело заставляли языки пламени прижиматься к земле и жадно облизывать крыши стоящих рядом зданий, не занявшихся яростным пламенем только благодаря покрывавшему их толстому слою снега.

— Вперед! — рявкнул седовласый священник, пришпоривая коня и устремляясь навстречу зареву пожара.

— Отец Флатис, мы не можем отвлекаться на тушение пожара! — крикнул поравнявшийся с его конем другой священнослужитель.

 — На нас возложена другая миссия!

— Глупец! — зло крикнул отец Флатис, пригибаясь к шее лошади. — В этой суматохе будет гораздо сложнее найти носителя Младшего Близнеца! А если есть погибшие в муках от сжигания заживо жертвы, то эманация смерти окончательно собьет нас со следа! Не удивлюсь, если огонь вспыхнул не случайно и это дело рук носителя кинжала!

Привратник предпочел проглотить оскорбление со смирением истинного священника и переключился на скачущих позади монахов:

— Быстрее, братья! Быстрее, во имя Создателя!

Глава четвертая

Смертельный дар"

"Город кончился внезапно.

Только что мы бежали мимо добротных каменных домов, затем проскакивали между покосившимися от старости хибарами, перепрыгивали через заборы, и вдруг оказались окружены со всех сторон безликими деревянными складами и грудами скрытых под парусиной ящиков. Мы вошли на территорию порта, и едва заметный до этого пряный йодистый запах моря перешел в густую вонь гниющей рыбы, водорослей, смолы и чего-то нераспознаваемого.

По инерции мы бежали до тех пор, пока впереди не показался длинный каменный причал, уходящий глубоко в море.

И тут же стояли едва заметно покачивающиеся корабли. Те, что поменьше, притерлись черными от смолы боками к причалу, остальные бросили якорь поодаль, отделяемые от берега широкой лентой морской воды.

— Всем стоять! — вполголоса распорядился я, замирая на месте и настороженно крутя головой по сторонам.

Поодаль за крышами складов и домов виднелись отблески все не затихающего зарева. Славно трактир полыхнул, раз до сих пор не затушили. По-прежнему тревожно звенел набат, поднимая жителей с теплых постелей и выгоняя на мороз.

Вся Коска стояла на ушах. Пожар дело страшное. Чуть запоздать с тушением и половина горожан останется без крова над головой. А в порту было относительно тихо — пока. Я уже успел заметить несколько темных фигур, высыпавших на борта кораблей и внимательно вглядывающихся в отблески пожара. Слышались первые крики, кто-то, тяжело бухая сапогами и вопя во все горло, бежал в город — не иначе на помощь.

Впервые меня пробрало чувство острой вины за содеянное.