Перевоспитать охламона

Сдвинув ткань, Василий особое внимание уделил твердым вершинкам, не сводя взгляда с лица жены. Она сама склонилась ниже к нему, прижимаясь губами к его рту.

— Ты вкусный, — зачем-то прошептала она, и Васька дернулся, чувствуя, как тело вновь наливается тяжестью в определенных местах.

— Чччерт! — выругался Барин и принялся стаскивать брючки с пигалицы.

Сознанием он понимал, что спортзал — не то место, где можно растягивать удовольствие. И неудобно, и родители могут нагрянуть в любой момент, проверить, не поубивали ли они друг друга. Но Барин надеялся на прозорливость отца, и спешить не собирался.

Правда Груня, своим телом, ласками, возбужденными стонами и шумными выдохами на ухо, снова нарушила его планы. Кажется, она торопилась, боясь не успеть, и отчаянно желая быть ближе к нему.

Вот и получилось, что девочка вновь взяла Ваську в оборот. Стоило ему освободить любимое тело от одежды, как она уже оказалась сидящей поверх его бедер. Опираясь руками о плечи любимого, вздрагивая от каждого жаркого и горячего прикосновения крепких рук к своему телу, Грунька опустилась на берда Барина, не сдержав стона от медленного прикосновения твердой плоти.

— Зайчонок мой, — прохрипел Барин, впиваясь в ее рот своим, сжимая руки на ее спине, шее, не позволяя увернуться.

Да она и не собиралась, полностью отдаваясь во власть тому неудержимому желанию и страсти, которые она испытывала к своему любимому, вспыльчивому и самому родному человеку.

Движения становились все быстрее, глубже. Барин стремился двигаться нежнее, ноне мог. Его страсть не была нежной или робкой. Он отдавал себя целиком, но и брал столько же. И понимал, что так будет всегда.

Мысли на мгновение вернулись в их разговору на кухне, к брошенным сгоряча фразам, к его реакции и к поступку пигалицы.

Да, все верно. И так правильно. Правильно, что они вместе, несмотря на разный характер, его вспыльчивость и скверный нрав. Но ведь он меняется. Чувствует, что ради нее готов на все, и даже больше.

— Я всегда с тобой, — не найдя подходящих слов прошептал Барин за секунду до разрядки.

Он не надеялся, что девчонка поймет его.

"— А я с тобой, — услышал Васька ответ жены и дернулся в последний раз, чувствуя, как и ее тело дрожит от пережитых ярких эмоций.

Лежа на матах в спортивном зале отчего дома, Василий Павлович в который раз подумал, что Груня — хрупкая, но такая сильная девочка, послана ему кем-то свыше, чтобы сделать его и сам мир лучше и солнечнее.

* * *Спортивный зал Груня с Барином покинули весьма скоро.