Все по-настоящему

От голубого пятна отделяются две маленькие белые ручки, касаются лица и замирают так на некоторое время, пока Тата приходит в себя. Отчего-то мое горло пересыхает. А в это время двери вновь открываются, выпуская из блока интенсивной терапии остальной персонал. Пожилой мужчина останавливается возле Таты, похлопывает ее по плечу. В коридорах довольно тихо, и до нас доносятся обрывки фраз:

— Нужно было по старинке, Тата… Это просто невероятно, то, что он выжил…

Тата приосанивается. Как будто привыкла скрывать ото всех свои истинные чувства или, не дай бог, слабость… И мне так это знакомо, но в то же время неожиданно в ее исполнении, что невольно я морщусь.

— Вот же чертов упырь! Все соки он из нее выпил… — шипит рядом медсестра, но я никак не успеваю среагировать, потому что наши глаза с Татой встречаются. Наконец, «чертов упырь» заканчивает, идет мимо меня, и яполучаю возможность ей все объяснить.

— Привет. Не ожидала, что ты приедешь.

— Да я и сам не ожидал, — сознаюсь прежде, чем до меня доходит, как на самом деле она может расценить мои слова.

Тата вздергивает совсем не по-армянски светлую бровь и одаривает меня равнодушным взглядом. Что ж… похоже, я действительно начал наш разговор не с того. Может быть, она после той ночи надеялась, что я поведу себя как-то иначе. Идиот! А ведь всего-то и нужно было, что подыграть…

— И что же за дело тебя ко мне привело?

— Чудовищная ошибка. Представляешь, в ЗАГСе что-то попутали и вместо Саши с Кирой поженили нас с тобой.

Не знаю, какой реакции я ждал.

— Ты же сейчас не шутишь, да? Твои люди все выяснили?"

"Не знаю, радоваться или огорчаться такому трезвомыслящему подходу к сложившейся ситуации, а главное, ее абсолютной уверенности в моих возможностях.

— Да. Конечно. Ты можешь заглянуть в свой паспорт. По идее, там теперь стоит штамп.

— Великолепно. Только этого мне для полного счастья и не хватало.

Почему-то такой ответ… задевает. Вот даже не знаю, никогда не был заносчивым, но тут прям заело.

— Послушай, у меня прямо сейчас горит важная сделка.

— Тебе нужно разрешение жены.

— Вот именно.

— Ладно. Я только переоденусь. Надеюсь, это не займет много времени. Я устала просто нечеловечески.

И все. Она берет и уходит, оставляя меня одного. Охреневшего от всего происходящего. И от нее… такой абсолютно другой. Закрытой. Холодной. Предельно серьезной. Не то, чтобы я хорошо знал Тату, но… ей удалось меня поразить.

Тата ненадолго запинается только у машины.