Всем бедам вопреки

Осторожно взял у нее рубашку и положил на стул у огня.

— Я ничего не стану требовать от тебя, Рионна, ничего не сделаю, чтобы испугать тебя. Но я истосковался по твоему теплу и запаху на моей коже. Если ты не возражаешь, я лягу с тобой.

Она положила руку на его грудь. Сердце таяло от нежности в его голосе.

— Ты не пугаешь меня, Кэлен. Наоборот, рядом с тобой я чувствую себя в безопасности.

Он взял ее руку, поцеловал ладонь и прижал к губам, прежде чем отпустить.

— Пойдем в постель. Сегодня ночью холодно, и ветер задувает сквозь меха на окнах.

Рионна легла под меховые покрывала.

Едва он лег рядом, она прижалась к нему и блаженно вздохнула.

Кэлен усмехнулся, зарывшись лицом в ее волосы.

— Ты почти мурлычешь, жена.

— Ммм… ты такой теплый.

Он стал гладить ее спину.

— Я о многом подумал.

Она нахмурилась. Когда разговор начинается такими словами, конец обычно оказывается не слишком приятным. Рионна отстранилась, и его рука застыла на ее пояснице.

— Так о чем ты думал?

— Скажи, почему ты так одеваешься и откуда эта страсть к оружию?

Она широко раскрыла глаза.

"— Очевидно, ты много времени посвящала тренировкам. Признай, это странное занятие для леди. Твой отец этого не одобрял. Я видел его реакцию, когда ты победила воина Маккабе во время посещения нашего дома. — Она молчала. Он снова погладил ее по спине, легко, словно успокаивая. — А теперь на тебя напали и сильно избили, ужасное событие для любого, тем более для такой худенькой, хрупкой девушки. Я думал, ты испугаешься, но ты обозлилась, потому что была лишена возможности защищаться.

— Да, — прошептала она, — я ощущала себя беспомощной и ненавидела это чувство.

— Почему ты так свирепо стараешься защищаться, Рионна? Молодые девушки обычно не думают об этом. Долг родных, отца, брата или мужа заботиться о них, защищать от зла, а ты стараешься все сделать сама.

Рионна закрыла глаза от стыда. Кэлен знал о гнусных поступках отца, но если высказать правду сейчас, будет только хуже.

— Рионна?

Он отстранился и приподнял ее подбородок, чтобы посмотреть в глаза. Свеча, которую он оставил гореть, давала достаточно света, чтобы она могла видеть его мрачное лицо и решимость открыть ее секреты.

Она вздохнула и отвернулась.

— Ты знаешь, каким человеком был мой отец. И когда он попытался силой взять Кили, моя мать изгнала ее из клана. Кили была моей кузиной. И она была не единственной, кого преследовал мой отец. Я знала о его пороках едва ли не с детства и всегда боялась… — Она глубоко вздохнула и прикрыла глаза. — Я только и думала о том, что будет, когда он обратит внимание на меня.