Проданная боссу (СИ)

Токсикоз?

Я лихорадочно вспоминала, когда у меня были последние месячные, открыла календарик в телефоне и разрыдалась!

Я их благополучно пропустила! Если верить календарю, во мне могла зародиться маленькая жизнь!

— Господи, теперь с тобой еще и истерика? — вздохнул водитель на мои всхлипывания вперемежку со смехом.

Но мне было не до него, я гладила свой животик и умирала от счастья. Теперь я не одна. Теперь часть Марка навсегда со мной.

* * *До интерната я летела на крыльях! Мне хотелось трубить о своем счастье, рассказать Екатерине Валерьевне, чтобы самой еще раз словами дотронуться до своего чуда.

Начальница выглядела немного встревоженной, но отправила меня сначала за вещами, а потом затащила на чай в кабинет. После сложной дороги мне необходимо было поесть. А еще купить полезных продуктов с собой в поезд. Мне теперь важно питаться правильно и постоянно. Я должна кормить своего малыша, чтобы он рос крепким и сильным, как папа.

Но разговора с Екатериной Валерьевной не получилось. Только я затронула вопрос про ее тревожный вид, как она стала жаловаться, что с месяц назад от области стали поступать тревожные сигналы о расформировании интерната.

Никто не давал пояснений и четких инструкций, но по всем каналам шли неприятные слухи:

— Только один человек вызвался помочь. Храни его боженька за наших деточек, — причитала начальница, пока я в ужасе осознавала масштаб беды. — Он сходил, походатайствовал, и вроде как попустили. И финансирование возобновилось и контракты на питание заключили, а то из дома ведь таскала, чтоб ребятишек накормить…

Тревожные колокола звонили вовсю. Интуиция орала, что я не должна была сюда возвращаться, мне нужно бежать дальше!

— Я рада, что все решилось, — пробормотала я. — Но мне пора.

— Нет-нет, посиди еще, Наташа, попей чая. Я еще налью.

— Спасибо, Екатерина Валерьевна, но мне надо дальше ехать. Успеть бы купить билет…

— А куда поедешь, Наташенька? Может, у меня переночуешь?

Я покачала головой, обняла добрую женщину и под ее причитания и уговоры, побежала из интерната. Уезжать. Сегодня же уезжать отсюда!

Но было поздно…

Я это поняла, когда сбежала со ступенек, и увидела припаркованную машину Вити. Он ждал меня у входа в интернат вальяжно прислонился к авто и никуда не спешил. Он знал, что я внутри!

В ужасной догадке я оглянулась на начальницу, выскочившую следом за мной:

— Прости, Наташенька… Прости. Но Виталий Алексеевич единственный, кто помог… Куда бы я отпустила своих деток? Прости. Он все же твой муж. Не стоит от мужа бегать…

Екатерина Валерьевна захлопнула дверь, оставив меня один на один с Витей.

Тот оттолкнулся от машины и двинулся на меня.