Выбесить босса. Влюбить и не влюбиться

– Ласково и нежно?

Он водил кончиком носа за ухом, спускался к шее и дразнил губами тонкую кожу, но не целовал.

А я теряла над собой контроль, чувствуя ускоряющийся пульс и желание, чтобы он уже, наконец, поцеловал меня там, где касается прямо сейчас и больше не задавал лишних вопросов.

- Так, что? – горячим шепотом коснулся мочки уха. – Подписываем перемирие?

- Я убью вас.

- Знаю.

Он приник губами к коже под ухом. Запустил пальцы в мои распущенные волосы и слегка стянул их на затылке, чтобы я открыла ему шею. Повел дорожку нежных поцелуев к моим губам и застыл в миллиметрах от них.

С трудом сфокусировала опьяненный взгляд на его лице и поняла, что он уже давно отпустил мои руки, дал полную свободу и теперь ждал только одного – моего шага.

А меня уже накрыло.

Его запахом. Его близостью. Его силой.

В эту же секунду я вцепилась в лацканы его пальто и, привстав на носочки, сократила последние миллиметры между нашими губами.

Наверное, в книгах о таком поцелуе пишут, что он был волшебным, полным чувств и страсти. А я скажу, что поцелуй был офигенским!

В руках Афанасьева, полностью отдавшись вспыхнувшим в моменте чувствам, я забыла о своём коварном плане, забыла о мести и не помнила о том, как сильно он иногда меня бесит.

Пальчики моих ног поджимались, по рукам бегали мурашки, а под кожей стреляло искрами, как от высоковольтного провода, сорванного со столба.

А уж как сорвало Афанасьева…

Ммм…

Он целовал меня так, будто не целовался лет двести. Жадно, чувственно и откровенно. Думаю, если бы мы не питали друг другу столь открытую неприязнь, то он бы, не задумываясь, раздел бы меня прямо в лифте, здесь и сейчас.

Но поцелуй закончился. Мы оторвались друг от друга и, стараясь прийти в себя, оба ловили ртом воздух, глядя друг на друга каждый из своего угла лифта.

- Из-за этих соплей даже нормально не поцелуешься, - делано возмутилась я.

- Ага, - поддержал меня Афанасьев.

Губы горели, места, где он меня касался, словно жалобно ныли, напрашиваясь на продолжение. Это действительно было феерично. Кажется, у меня даже закружилась голова.

- Но я всё равно тебя ненавижу, - сказала я, когда смогла прийти в себя.

Пришлось вновь нажать кнопку нужного нам этажа, потому что с первого раза из лифта мы не вышли. Мы даже не заметили, что он где-то останавливался.

- Мы перешли на «ты»? – ехидно ухмыльнулся Афанасьев и поправил на груди пальто, которое я бессовестно измяла собственными руками.

Это я так сильно притягивала его к себе?

Сила есть, жаль, что ума в момент поцелуя у меня не осталось.

- Ты так глубоко меня целовал, что мог бы достать языком до анальной пробки, если бы я её носила.