Выбесить босса. Влюбить и не влюбиться

В жизни не поверю, что она это делает случайно. Косячить с раннего утра в таком объёме можно только намеренно и заранее подготовившись.

Каждый раз порываюсь вышвырнуть её из этого здания и, желательно, из своей жизни, но снова и снова останавливаю себя тем, что не поведусь на саботаж малолетки. И дураку понятно, что она всё это делает специально, чтобы я сам же её и прогнал. Мол, увижу, что урона от неё больше, чем возмещения ущерба, и сам от неё избавлюсь.

Не дождётся!

Хотя, соблазн послать её куда подальше увеличивается с каждой минутой."

"Неожиданно для себя тихо хохотнул, поняв, что побаиваюсь выглядывать за дверь в приемную, ибо могу увидеть там апокалипсис, устроенный Кондратьевой.

Угораздило же меня сегодня назвать её своей фамилией. Кажется, на башке в этот момент у меня самого прибавилось с десяток седых волос.

Подумал: «Афанасьев, во что ты вляпался?», а тут Кондратьева над ухом зудит идиотскими шутками. И вышло, что, вроде, обращался мысленно к себе, но ляпнул то, что ляпнул.

Услышала бы это моя бабушка, уже бы привела тамаду.

В приёмной ненадолго стало тихо, а затем вдруг послышался смех. Женский. Смеялись двое.

Ладно, Кондратьева там точно смеётся, но Оксана… Вообще, не припомню, чтобы она улыбалась-то. Я взял-то её за эту собранность и строгость. Ни лишних эмоций, ни пустой болтовни, ни намёка на щенячий влюбленный взгляд, как было с предыдущими секретаршами. Всё по делу. Коротко и ясно.

А сейчас эта дефективная Кондратьева сломает мне единственную нормальную секретаршу.

Наконец, через несколько минут в приемной стало тихо. Заказал Оксане кофе, который, разумеется, должна будет принести мне Кондратьева, ведь теперь это её обязанность. Но в кабинет вошла Оксана и аккуратно поставила передо мной горячий кофе.

Я вздохнул с облегчением.

- А где…? – спросил я, кивнув в сторону двери, не рискую произносить имя той раньше, чем выпью свой кофе.

- Аделина ушла пить чай с вашей бабушкой, - меланхолично ответила Оксана, собирая в ровную стопку бумаги, что я ей передал.

- Какого?! – поперхнулся я кофе, едва не пролив его на себя самостоятельно.

- Не знаю, - повела она плечами. – Ангелина Дмитриевна позвала её.

- Ясно, - шумно выдохнул я. Отставил кофе. – Унеси.

- Хорошо, - Оксана унесла чашку и бумаги, тихо прикрыла за собой дверь, а я долго думал о том, как сильно мне не нравится тот факт, что девочка Ада и моя бабушка пьют вместе чай.

Либо Кондратьева прощупывает почву, либо бабушка в попытке сосватать мне кого-то уже дошла до рассмотрения малолеток.

В любом случае расклад хреновый.

Поздно вечером, когда офис опустел, а я не торопился домой, в мой кабинет вошла Кондратьева, не зная, что в двери нужно предварительно стучать.

- Я всё сделала.