Забава для мажора

— Главное, не переживай. Слышишь? Ты совсем замкнулась.

— Нервничаю. Понятно же, что ничего нового не увижу. А все равно нервничаю.

— Азик, ты прости, что скажу, но чудес не бывает. Не в этом случае.

— Я знаю, Дём. Знаю.

И почему—то мне кажется, что говорит он не про дедушку…

В этом году зима не торопится и не радует нас снегом. Небо висит тяжелой серой тучей. Такое ощущение, что еще пара секунд, и оно упадет на голову. Даже облака не плывут. Раньше хоть они разбавляли свинцовую темноту.

До станции, где кладбище, добираемся быстро: оно на самом деле расположено недалеко от приюта.

А вот до самого пункта назначения приходится топать. Я переживаю, что не купила нигде цветов, но друг успокаивает меня тем, что обычно около входа бабушки продают букетики. Только это ведь не город и здесь бабушек может не быть.

У прохожего спрашиваю дорогу к магазину. Может быть, не цветов, так хоть печенья принесу. Бабуля бы отругала меня бестолковую, что я заранее не позаботилась. Поругала бы и была бы права. Да вот только…

— Аза, возьми уже себя в руки. Ты то бледнеешь, то трясешься.

— Я пытаюсь. Честно пытаюсь.

У меня не получается и Дёма помогает, как может.

Хватает под руку и ускоряет шаг. Рассказывает забавные истории из прошлого. Я расслабляюсь и начинаю смеяться. Так добираемся до ближайшего магазина, и мне везет. Я покупаю три ярких букетика цветов и конфетки. А еще маленькую бутылочку воды по совету Демьяна.

Настроение повышается, и обратная дорога к перекрестку уже кажется веселее. Теперь уже я болтаю, вспоминая свои детские проделки и свою первую школу. Вспоминаю даже свои поездки на раскопки с папой и дедушкой.

— Интересная профессия, скажи?

— Очень.

Столько нового можно узнать, изучая старые вещи. По песчинкам воссоздать прошлое… это невероятная работа. Но тяжелая, конечно.

Благодаря дедушкиным рассказам об археологии могу рассказывать много. Друг тему поддерживает. Задает вопросы, а если я не знаю ответов, запоминаем и решаем ответы посмотреть в библиотеке. Обсуждаем значимые события и открытия. Демьян неплохо подкован в истории и выдает некоторые факты, про которые я никогда не слышала. Так и доходим до…

Некоторое время стою, смаргивая набежавшие слёзы. Два памятника и деревянный крест посередине.

Дедушка всегда хотел быть рядом с любимой женой и сыном. Папа не был для него родным по крови, но душой он был для них всем. И они для него. Своих родителей папа лишился рано. Знаю, что была тетка, но связь с ней он не поддерживал.

— Привет, родные мои, — шепчу, шагая в низкую оградку.

Провожу пальцами по фотографиям. Кажется, есть осенью какой—то день, после которого нельзя трогать ничего на могилах. Я не помню числа, на всякий случай решаю оставить всё, как есть.

Беру букетики и втыкаю в сырую землю.