Законник Российской Империи

Я чувствовал, как мое восприятие начинает плыть, теряя связь с действительностью, даже подташнивать стало.

— Разорви! — отмахнулся рукой я, будто от надоедливой мухи.

Пространство вокруг меня словно треснуло, и все иллюзорные отражения рассыпались, как разбитое стекло. Не теряя времени, я перешел в контратаку.

— Сдави!

Воздух вокруг Левински внезапно уплотнился, образуя невидимую сферу давления. Я видел, как он пытается вырваться, его лицо исказилось от напряжения.

Но усач был опытным магом. Он быстро сориентировался и выкрикнул:

— Круг Первый: Резонансная Волна!

Мощный звуковой импульс вырвался из его рук, разбивая мою пространственную ловушку.

Волна ударила по мне, заставляя отступить на несколько шагов.

— Защити! — выкрикнул я, создавая перед собой барьер, который поглотил остаточные колебания.

Левински не давал мне передышки, видимо, вознамерившись вымотать меня своими атаками.

— Круг Второй: Призма!

Яркая вспышка света ослепила меня на мгновение. Когда я снова смог видеть, весь мир вокруг казался разделенным на разноцветные грани, как будто я оказался внутри гигантского кристалла.

Каждое мое движение отражалось и преломлялось, создавая десятки ложных копий.

Я понимал, что нужно действовать быстро, пока дезориентация не взяла верх.

— Схлопни! — скомандовал я, вкладывая в заклинание максимум энергии."

"Пространство вокруг нас резко сжалось, а затем расширилось, создавая мощную ударную волну. Призма Хаоса разлетелась на осколки, но я не успел уклониться от ответного удара Левински.

— Круг Второй: Бич Молний!

Быстрее, чем я успел выставить защиту, электрический разряд пронзил меня, заставляя каждый нерв гореть от боли.

Я упал на одно колено, тяжело дыша. Кажется, этот парень действительно хорош в сражениях. Нельзя уступать! Ни в коем случае.

— Ударь! — выкрикнул я, направляя всю оставшуюся у меня ману в атаку.

Глухая вибрация пронеслась по воздуху. Мой оппонент попытался уклониться, но не успел. Пространственный импульс ударил Левински в правую руку. Я услышал отчетливый хруст и его болезненный вскрик. Рука безвольно повисла. Не перелом, всего лишь вывих, но тем не менее, кажется, я немного перестарался.

Я поднялся, и мы встретились взглядами.

Оба тяжело дышали, но это явно не было завершением нашего сражения. Левински держался за поврежденную руку, а я пытался справиться с остаточной болью от электрического удара.

Члены комиссии с интересом наблюдали за нами, но пока не вмешивались в происходящее.

Я понимал, что следующий обмен ударами может стать решающим. Мана в моем теле была почти на исходе, и я чувствовал, как усталость наваливается на меня. Но если этот усач думает, что я отдам ему победу вот так просто, то мне придется его огорчить.