Топ-модель 2. Я хочу развод

Вместе мы купаем Виту, я укладываю ее в ночь и как обычно, переложив в кроватку, что рядом с моей, ухожу в ванную.

Семёна мы не обсуждали, время пролетело быстро, и я испытываю некоторое беспокойство насчет его судьбы. Максим не должен повести себя как псих. Тем более это сын его друга.

Не должен же?

Раздевшись, забираюсь под душ, выдавливаю гель на руку и начинаю намыливаться. Какие сложные дни, сложные решения! Натираю себя скрабом, смываю, стараясь расслабиться. И все же я ощущаю облегчение из-за того, что обо всем рассказала мужу. У меня правда, будто камень с души упал, вести двойную игру — не по мне.

В этот момент дверь открывается и в ванную заходит Макс.

Я сперва не понимаю, что происходит. Распахиваю дверь и выпаливаю:

— Что-то случилось?

Доча, доченька.

— Не одолжишь шампунь? — спрашивает он. — Закончился.

— Эм… — запинаюсь я. Потом в себя прихожу: — Эй! — возмущаюсь, закрывшись руками.

Душевая запотела от пара, но все равно это слишком. Он что себе позволяет?

— Я на тебя не смотрю, — говорит и отворачивается. — Заканчивай спокойно."

"Вновь приоткрываю дверь душевой и просовываю руку с бутылкой. Макс стоит, не шелохнувшись. Раздетый по пояс, в одном трико. В десяти от меня сантиметрах. Качаю головой. Толкаю его в плечо шампунем и грубо бурчу:

— Держи и уходи.

Пульс мгновенно ускоряется. Так Максим раньше не делал. Может, у него и заканчивался шампунь, но я об этом знать не знала. Мылся мылом, наверное.

Пялюсь на его спину, на широкие плечи, крепкие мышцы. Розовые рытвины по лопаткам.

— Капе-ец, — тяну, — что за бешеная сука тебя исцарапала?

Он вдруг оборачивается и смотрит на меня. В глаза прямо. И я свои не отвожу, потому что, если так сделаю, он начнет пялиться на мое тело. Я же голая абсолютно!

Держу взгляд. Усилием воли держу.

— Не говори так о моей жене, — криво улыбается Максим. Его взгляд скользит ниже, вновь к глазам возвращается. — Что за псих тебе на шее засосы оставил?

— Какой-то псих, — бормочу, обнимая себя.

Жар покидает кабинку. Я беспомощно свожу брови вместе.

Убирайся. Пожалуйста. Знаю, это твой дом, твоя душевая, но… убирайся.

— Привет, — выдает вдруг Макс как-то иначе. Глубже, ласковее? Но при этом не сюсюкаясь, как делал со мной раньше.

Такого Макса я не знаю и не представляю, как реагировать. Это вам не дешевое «малыш».

Ошарашенно отвечаю:

— Привет.

— Как у тебя здесь тепло. Моя комната и душевая подмерзают. Пустишь к себе погреться? — Он наклоняется и стягивает штаны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я в полном шоке пялюсь на него, не понимая, кричать, стыдить его цыганскими штучками или молча выйти? Фотография простыней на телефоне, а тот в спальне.