Жена для генерального (СИ)

В первый день я еще пыталась прорваться в кабинет. Напоминала Марату про его обещание: «Никаких тайн», но меня все равно мягко выставляли.

Чаще всего эту миссию брал на себя Бадоев. Извиняясь, он обнимал меня, как непутевого ребёнка, за плечи и уводил к Зое и Саше.

О том, что он здесь гость и я вообще не работаю больше на него и Марата, Бадоев будто и не слышал. Гнул свое: «Не надо это вам», «Ничего с ним не сделается» и каждый раз закрывал за собой дверь кабинета на замок.

На второй день мне уже и самой не хотелось ни во что вмешиваться.

Марат кратко сообщил, что бойцы Штерна засели на позиции, а Герасимов у них под контролем двадцать четыре часа в сутки.

Вроде бы он что-то еще сказал про прослушивание телефонов и жучки. Даже, смеясь, показал бронежилет, который выделил ему Штерн. Но для меня это было уже гранью. Закрывать любимый мужской рот поцелуями и представлять, что все закончилось, было легче.

К сожалению, ни поцелуями, ни ласками не получилось промотать сам день сделки.

Такого страха я не испытывала с попытки похищения в Воронеже. Озноб сковывал все тело. Пальцы подрагивали. И ни кофе, ни чай не лезли в горло.

Словно знал, что я разревусь, Марат уехал на встречу не попрощавшись. Я слышала, как он о чем-то разговаривает с Зоей. До меня донеслись его последние слова: «Береги их. Они для меня все».

Но даже помахать рукой из коридора никто не вышел. Вместо избитых обещаний тихо щелкнул замок. Одновременно с этим щелчком какой-то ключ повернулся и у меня внутри.

Я помнила, на что способен Герасимов. Сложно было забыть о трупе, нескольких покушениях и собственном побеге с малышкой на руках. Но перед глазами стояли другие картинки.

С кольцом на пальце Марата.

С огромным букетом белых роз.

С растерянным лицом опытного немолодого регистратора, которой пришлось буквально за десять минут подготовить для одних сумасшедших документы и втиснуть их в плотный график бракосочетаний.

* * *Лишь настоящая идиотка могла потребовать свадьбу, когда завтра на карту должна стать жизнь любимого мужчины."

"В иерархии глупостей эта, наверное, заслуживала первого места. Но, как только Марат свернул очередное совещание в кабинете, проводил гостей, с моих губ сами собой сорвались слова:

– Я согласна выйти за тебя замуж.

Ума не приложу, что нашло. Может, волнение достигло критической массы и предохранители в голове выгорели. Может, рассмотрела что-то болезненное в любимых глазах.

Словно не поверил собственным ушам, Марат тряхнул головой и уверенно, спокойно уточнил:

– Замуж? Когда?

На это умная и рассудительная часть меня мысленно произнесла: «Как только Герасимов окажется в руках полиции». Иного варианта и быть не могло! Времени до встречи с Шульцем осталось всего ничего – вечер да ночь.