Жена для генерального (СИ)

Вначале он спросил у мамы, есть ли у той возражения по поводу свадьбы. Вопросительно кивнул бабушке. И когда она махнула на него рукой, чуть не задушил меня в объятиях.

– Дочка, наше благословение с тобой. Мы за тебя очень рады. Жених у тебя что надо. Живите мирно, будьте счастливы.

Реальность, к которой я привыкла, изменилась до неузнаваемости. Вместо традиционных упреков звучали поздравления. Вместо осуждающих взглядов вся семья смотрела на меня с восторгом. Самым удачным в этот момент было бы упасть в обморок. Выключить сегодняшний неожиданный праздник, пока всерьез не поверила, что так возможно.

Но Марат снова держал крепко. Количество закусок на столе росло. А благословения теперь звучали не только от папы.

* * *"

"Когда мы выбрались от родителей, на небе уже красовалась луна. Пробившиеся сквозь густые питерские облака звезды сияли ярче обычного. А я так и не пришла в себя.

Словно специально добивался такого эффекта, Марат ничем не помогал. Уложив дочку в люльку на заднем сиденье машины, он набросил на мои плечи свое пальто и заставил задержаться на улице.

– Ты как, маленькая?

Я полдня не знала, как вдохнуть, как выдохнуть.

– Абашев, ты, когда в следующий раз жениться решишь, предупреждай свою избранницу заранее. Так? Двадцать первый век на дворе. Вначале предложение, потом благословение. Не путай больше!

В пальто было тепло, но у меня начали стучать зубы. Ума не приложу, как смогла произнести фразу до конца не запнувшись.

– Да я больше и не собираюсь. Меня ты вполне устраиваешь.

Гад растянул губы в улыбке. Красивый! Глаз не отвести. И такой же хитрый.

– Ничего не знаю.

– Я этого докторишку теперь до конца жизни не забуду.

Чудовище протянуло свои загребущие руки и прижало меня к себе. Это были не самые удобные объятия. В бедро упиралось что-то твердое. Смотреть на раздетого Абашева в такую холодину было физически больно. А из окна на третьем этаже за нами наблюдали сразу три пары глаз.

– Так ты меня всерьез замуж позвать хотел? – Я откашлялась. – Или родню успокаивал? Про пробирку, кстати, никто и вопроса не задал.

– А ты не чувствуешь, чего я хотел? – Хитрая улыбка стала еще коварнее.

– Если ты о своем... кхм, достоинстве, то я не собираюсь заниматься с тобой сексом на глазах у всей своей семьи.

Словно произнесла что-то смешное, Марат запрокинул голову и громко рассмеялся. Ничто его не смущало. Даже то, что из-за этого смеха на третьем этаже распахнулось окно, а у меня загорелись обе щеки.

– Достоинство... А-а!.. – Смахнув слезы с уголков глаз, он звонко поцеловал меня в лоб.