Жестокое и странное

– Доктор Скарпетта, где вы? – Голос моей секретарши был крайне взволнован. – Вы в своей машине?

– Да. В пяти минутах от города.

– Хорошо. Только вам не надо сейчас ехать сразу сюда.

– Что?

– До вас пытается дозвониться лейтенант Марино. Он сказал, что если мне удастся поговорить с вами, передать, чтобы вы позвонили ему в первую очередь. Он сказал, это крайне срочно.

– Роуз, да в чем все-таки дело?

– Вы новости не слушали? А дневную газету не читали?

– Я весь день была в округе Колумбия. Что случилось?

– Сегодня днем был найден мертвым Фрэнк Донахью.

– Начальник тюрьмы? Тот самый Фрэнк Донахью?

– Да.

Не отрывая взгляда от дороги, я вцепилась в руль.

– Что произошло?

– Его застрелили. Пару часов назад был найден в своей машине. Как и Сьюзан.

– Я еду, – сказала я, сворачивая налево и нажимая на газ.

– Не торопитесь. Филдинг уже занимается этим. Прошу вас, позвоните Марино. Вам нужно почитать вчерашнюю газету. Им известно про пули.

– Им?

– Журналистам. Они узнали про пули и взаимосвязь между убийствами Эдди Хита и Сьюзан.

Я позвонила Марино и сообщила, что еду домой.

"Мне тут же бросилась в глаза фотография улыбающегося Фрэнка Донахью. Рядом была помещена статья под заголовком «УБИЙСТВО НАЧАЛЬНИКА ТЮРЬМЫ». Ниже была еще одна статья с фотографией другого государственного чиновника – с моей. В этой статье в основном речь шла о пулях, извлеченных из тел Хита и Сьюзан, о том, что они были выпущены из одного оружия, и о том, что оба убийства странным образом были связаны со мной.

Не веря своим глазам, я прочла о том, что в доме Сьюзан Стори полиция обнаружила конверт с деньгами, на котором были мои отпечатки пальцев. Я проявила «неожиданный интерес» к делу Эдди Хита, явившись незадолго до его смерти в больницу округа Энрико, чтобы осмотреть его раны. Потом я проводила его вскрытие, и именно тогда Сьюзан отказалась стать свидетельницей по его делу и якобы убежала из морга. Когда она менее двух недель спустя была найдена убитой, я появилась на месте происшествия, затем неожиданно отправилась к ее родителям задавать вопросы и настояла на своем присутствии во время аутопсии.

Статья не приписывала мне откровенного злодейства и не указывала его возможных мотивов, но содержавшиеся в ней намеки на мою причастность к делу Сьюзан были одновременно ошарашивающими и вызывающими. У меня могли быть серьезные недочеты в работе. Я забыла взять отпечатки Ронни Джо Уоддела, когда его тело после казни поступило в морг.