Золушка в шоколаде

До вконец опустившейся алкоголички ей было еще далеко, но почти каждый вечер Липа оказывалась навеселе."

"В отличие от красивого, статного, рано созревшего Василия Митя рос щуплым, тощим – дунь, и он развалится. Алевтине было жаль мальчика, он выглядел недокормленным. Когда Митя пошел в первый класс, Липа окончательно спилась, из клиники ее уволили, несмотря на то что научным центром теперь руководила любимая ученица Ивана Васильевича Жанна Калиоповна. Липа скатывалась все ниже и ниже, семью кормил Василий. Он каждое утро уезжал в город и вечером возвращался, парень явно где-то работал, но кем и сколько получал, он никому не сообщал. Маленький Митя тоже держал рот на замке, сколько ни пытала малыша Света, тот не по-детски серьезно отвечал:

– Не знаю ничего про Васю, сами у него спросите, я маленький.

Однажды Коростылева не выдержала и, тряхнув Митю за плечи, гневно спросила:

– Немедленно рассказывай, чем Васька занимается?

Митя попытался выскользнуть, но сплетница была намного сильнее тщедушного мальчика, она с силой сжала ему плечи и приказала:

– Говори!

Митя тоненько заплакал, Света оттолкнула его и ушла. Через полчаса в кухню барака ворвалась милиция, участковый нес на руках зареванного Митю. Поставив мальчика на пол, мент сказал:

– Ну, успокойся и скажи, которая тетя тебя побила?

– Она, – указал на Свету Митя. – Каждый день пристает, щиплет, бьет.

– Эй, эй, – попятилась Коростылева, – офигел?

Милиция не дала Свете возможности заорать, сплетницу увезли в отделение, где показали заключение врача, в котором значилось, что плечи, руки, ноги, живот мальчика покрывают синяки. Митя уверял, что их оставила Света.

– Он врет, – рыдала Коростылева, – врет, врет!

Менты устроили очную ставку, и здесь Митя показал себя во всей красе. Сначала он при виде Коростылевой прижался к стене, затрясся, заплакал, а когда Света завопила: «Наглый лгун!» – мальчик вдруг спросил:

– Разве за плечи не хватали сегодня? Сами вы врете.

– Так что с плечами? – нахмурился участковый.

– А нас баба Катя видела, – подал голос Митя, – она за всеми из своей комнаты подглядывает…

Привели старуху, та подтвердила слова малыша. Не отказала себе в желании и приукрасить события.

– Еще и головой об стенку шандарахнула, – заявила пенсионерка. – Светка, она такая, слишком бойкая.

– На срок тянет, – побарабанил пальцами по столу участковый. – Как поступим? Говори, Митя.

– Нам ремонт нужен, – деловито ответил ребенок, – пусть тетя Света комнату в порядок приведет, тогда я заявление заберу. Но если она еще раз ко мне прикоснется, скажу, что изнасиловать хотела, совращала!

Коростылева ахнула, а милиционер крякнул:

– Далеко ты, Митя, пойдешь!

– Сам о себе не позаботишься, никто не поможет, – отозвался тот.