100 дней боли. Ты моя

 – Каждый день банкир свою жену колотит!

Какое-то тревожное состояние не отпускает меня ни на секунду. А ведь у жены банкира черные волосы…

Эллина, хлопнув дверью выходит из гостиной, а я мрачно смотрю ей вслед. Неужели все? Она что просто так уйдет? Руки сжимаются в кулаки…

ЭллинаЯ никогда так быстро не бегала. Я бежала и чувствовала, как за мной гнались. Слезы застилали глаза. Мне было невыносимо тяжело дышать. Низ живота болел. Болело все тело. Было так тяжело… Я думала умру. Бежала, увидев впереди дом.

От ужаса все сжималось внутри. Резко затормозив, я схватилась за ворота. В окне мелькнул знакомый силуэт. Силуэт, который я так полюбила, который стал мне дорог. Федор…

– Помогите! Федор!

Я полезла на решетку, в тот момент он обернулся, заспешив к балкону, а сильный удар чем-то тяжелым заставил меня упасть на землю. Руки отцепились, и я упала. Фигура второго мужчины. Сильный удар кроссовкам и в глазах потемнело. Я не смогла дышать. Из горла вышел хрип. Вырвался так отчаянно.

– Федор!

– Не поможет тебе твой Федор, сука драная! Сбежать, потаскуха решила?

Схватив меня за волосы, он потащил меня в сторону дороги. Вся надежда на то, что я добежала и увижу Федора растаяла словно дым.

Еще удар. Меня тащили за волосы. Параллельно он бил ногами в живот и по лицу. От отчаяния мне казалось, я умираю… Я не могла не дышать ничего. Дотащив меня до какой-то жижи, где ужасно пахло (я понимала, что это болото, так воняло тиной и сыростью), он вытащил из-за пазухи небольшой топорик.

– Сбежать надумала сука! Я тебя урою мразь! Урою!

С размаху топорик опустился на мое лицо… В глазах потемнело окончательно. Это был конец. Больше я ничего не видела и не понимала…

ВоспоминанияЯ открыла глаза от нежных прикосновений по моему лицу. Это было так трогательно и красиво. Он.

Это был Федор, на кровати лежали розы. Красные розы, которые он сжимал в руке. Я осторожно коснулась их.

– Девочка моя, я освободился и приехал за тобой!!!! Как ты чувствуешь себя маленькая моя?

Маленькая моя… Как же это красиво. Меня сводит с ума, когда он так называет меня, это словосочетание.

– Все хорошо! – я обвила его шею руками. Мы можем ехать! Мне уже гораздо лучше!"

"Я кривила душой, раньше у меня никогда не болело сердце, но после слов Ольги Игоревны и то, что узнала то и дело заходилась в приступе, я сама чувствовала, как оно стучит. Он прищурился, недоверчиво смотря на меня, а потом кивнул и прижал меня к себе делая так что я растворялась в объятьях, в его сильных мужских руках.

Его рот накрыл мой, по телу прошлась дрожь. Артура я не любила и сейчас могла смело это сказать, что я приняла за любовь ни то. – Я люблю тебя! – Я тоже люблю тебя моя маленькая!

Моя маленькая эта дрожь по телу. Этот взгляд.