100 великих узников

Как только царское правительство узнало о готовящемся побеге, вся полиция Туруханского края была поднята на ноги: охранному отделению, тюремным инспекторам, жандармам и другим должностным лицам было предписано принять самые строгие меры, чтобы предотвратить побег ссыльных. С. С. Спандаряна велено было ""препроводить в распоряжение Туруханского отдельного пристава этапным порядком, а впредь до отхода партии заключить под стражею при Канском тюремном замке"". После нескольких дней заключения в одиночной камере он был отправлен на вонючей барже в далекий заполярный Туруханск.

После длительного мучительного путешествия, проделав 2000 километров по Енисею, С. С. Спандарян в конце июня 1914 года прибыл в село Монастырское — естественную тюрьму, откуда бежать было невозможно. На севере решившихся на побег ждала бы неминуемая голодная смерть в безлюдной тундре, на восток и запад простиралась непроходимая тайга, где не было не то что дорог, а даже и троп. Непосилен был беглецам путь через дебри, где не ступала нога человека и лишь бродили хищные звери. Оставалась одна дорога — Енисей, ширина которого местами достигала восьми километров, а длина равнялась почти 4000 километров.

И. В. Сталина отправили в глухую деревушку Курейку, располагавшуюся в 40 километрах севернее Полярного круга. О побеге отсюда помышлять и вовсе не приходилось, ведь даже в летнюю навигацию пароходы останавливались здесь крайне редко. Заходили они в Курейку только для того, чтобы забрать графит, который добывали за 60–70 верст от устья реки.

Выдержать Туруханку с ее ледяным климатом, снежными буранами, сырым и коротким летом, мошкарой, с ощущением таежной пустыни и трагической отдаленности от остального мира могли лишь очень крепкие люди, и многие уставали ждать и надеяться.

Туруханская ссылка была самым длительным вынужденным отрывом И. В. Сталина от революционной деятельности. В ссылке он держался замкнуто и сдержанно, ни с кем особенно не сходился, впрочем замкнутость эта была в природе его характера. Когда выяснилось, что в Курейке у него каким-то образом оказались все книги ссыльного Дубровинского, Ф. Захаров поехал к нему объясняться по этому поводу. Ю. Трифонов в своем романе ""Отблески костра"" пишет, что по воспоминаниям Р.

 Г. Захаровой, жены ссыльного, И. В. Сталин принял того так, как примерно царский генерал мог бы принять рядового солдата, осмелившегося предстать перед ним с какими-то требованиями. Возмущенный Ф. Захаров на всю жизнь сохранил неприятный осадок от этого разговора.

Одно время жить вместе с И. В. Сталиным пришлось Я. М. Свердлову, который позднее так писал об этом: ""Со мною грузин Джугашвили, старый знакомый, с которым мы уже встречались в другой ссылке.