140 ударов в минуту

Я по нему соскучился, по работе, по байку. Стефе не стал говорить, чтобы не обижать. Подумает, что мне с ней было скучно. С ней хорошо. Я просто привык быть в движении.

Тут же, на поле, прыгаю на брусья. Отжимаюсь, не касаясь ступнями земли, потом подтягиваюсь на перекладине рядом, делаю несколько скруток на пресс и косые мышцы. Они нравятся Стефе, надо держать форму.

Закончив, бессовестно тырю со школьной клумбы несколько колючих розочек. Пока иду к дому, ключом пытаюсь стесать шипы с тёмно-зелёных стеблей. Поднимаюсь в квартиру и вручаю подарок жене.

— Осторожно только, могут колоться.

— Это так мило, — чмокает меня в щёку и проводит кончиком носа по лепесткам. — И пахнет очень вкусно, — загадочно смотрит на меня сквозь ресницы. — Мокрый весь. Ужас, — заботливо убирает с глаз влажную чёлку.

Ухожу в душ. Стоя под водой, стараюсь пока думать о предстоящей тренировке. У меня аж под кожей зудит от желания сесть на мотоцикл. Завтра попадает отсыпной после ночи в сервисе. Можно будет погонять со Стефой по городу. Одеть её только надо нормально, а не как в прошлый раз, почти голышом возил. Дать бы… по заднице!

Смотрю на часы.

Переодеваюсь. Стефа наблюдает за тем, как я натягиваю штаны от мотоэкипировки.

— Мальчишка в кожаных штанишках, — коварно улыбается зараза."

"— Выпорю, — обещаю ей. — Завтра только напомни.

Показывает мне язык и сбегает, пока я не сдержал обещание прямо сейчас.

Выпустив футболку поверх штанов, забираю куртку, шлем и выхожу обуваться. В прихожей кайфово со свежим ремонтом. Стало действительно светлее и уютнее.

Треплю по волосам сестрёнку, целую жену и выхожу в подъезд.

До гаража идти в таком виде жарко, но даже это не портит мне настроение. Главное, не думать про донора, иначе есть шанс спалить резину во время старта.

Выгоняю застоявшуюся технику на свободу. Завожу. Байк приветливо откликается. Хлопаю его по борту как старого друга. Седлаю и трогаюсь с места.

— Как же заебись! — крепче сжимаю руль и приподнимаюсь с сиденья на ровном участке дороги.

Пролетающие мимо водилы сигналят на стойку. С улыбкой даю потоку воздуха хорошенько врезаться себе в грудь и аккуратно сажусь обратно.

Врываюсь на базу.

— Ты мне косарь проспорил, — заявляет Захару Толмачёв.

Дёрнув бровью, смотрю на друзей взглядом из серии: «Что за нах?».

— Да с чего ты взял, Кир? — интересуется наш будущий опер.

— На морду его кошачью посмотри. Сияет же. Аж глаза больно. Говорю, гони косарь, — и оба косятся на меня.

— И? — раскрыв ладони и разведя их в стороны, намекаю, что я вообще-то жду объяснений.