140 ударов в минуту

Пока ждём транспорт, звоню Гордею и сообщаю хорошие новости. Он передаст остальным парням.

Задумчиво жуя собственные губы, раскладываю для себя весь разговор с лечащим Саркиса. Проверяю внутренние силы, прислушиваюсь к Машеньке, Феде и Арише, всё ещё бегающих бандой по моей коже.

Как там говорила Варя? Встаёшь и двигаешься только вперёд к своей золотой медали. Я не спортсменка, музыкант, но понимаю, о чём она. Кто-то, не добившись результата, ломается, спивается или подсаживается на наркотики, а кто-то продолжает творить и стучаться во все двери, веря, что хотя бы одна обязательно откроется.

Именно такие люди добиваются настоящего успеха. Такого, каким можно гордиться. Я буду гордиться собой тогда, когда Саркис приедет на мой концерт на своём байке, нахально улыбнётся, показывая всем своим видом: «это моя жена!»

В квартиру захожу с улыбкой. Времени у меня снова в обрез. Переодеваюсь, беру заранее подготовленную сумку и футляр со своим инструментом. Завожу Анаит к Галине Алексеевне и снова бегу на остановку. Хорошо, что ехать к моему первому ученику недалеко. Опаздываю буквально на три минутки. Его мама никак это не комментирует.

Провожает меня в комнату и остаётся с нами. Мальчик смущается, плохо воспринимает мои слова. Любые.

— Вы не могли бы подождать в другой комнате? — прошу женщину. — Вы же видите, ему некомфортно.

— Ну хорошо. Скажите, Стефания, а когда мой сын заиграет также, как вы на видео из объявления?

— Я пока не могу вам ответить, — улыбаюсь ей. — Давайте мы начнём заниматься, а потом всё с вами обсудим.

Она оставляет нас вдвоём, и занятие проходит вполне неплохо. У мальчика есть слух и желание. Остальное как раз моя работа — не убить в нём стремление играть и показать, что скрипка — это не только занудная классика.

Это может быть интересно и даже весело. А ещё однажды внезапно может помочь прокормить семью.

Глава 49

Саркис

Состояние странное. Похожее на отходняк после дозы наркоты. Не пробовал никогда, но почему-то именно это сравнение сейчас приходит в мою мутную голову. Мысли лениво плавают внутри черепной коробки. Собирать из них нечто внятное сложно, но я стараюсь.

Как попал на эту койку, уже не помню. Скандал, злость, скорость. И вот — я открыл глаза тут. Поломанный. Насколько, пока непонятно.

Врач ещё не сказал ничего конкретного. Наверное, тоже думает, что я не пойму. Я пока тормоз.

Прислушиваюсь к собственному телу и не узнаю его. Не ощущаю, как раньше. Будто во мне не хватает каких-то важных кусков. А может так и есть? Тогда пиздец. Бросили бы лучше там, где подобрали. Я же в этом случае бесполезен.

Шевелю пальцами на руке. Медленно сгибаю её в локте. Это простое действие отнимает у меня много сил. Роняю конечность обратно. Закрываю глаза. Злит, что я никак не начну нормально думать.