А мы любили (СИ)

В яблоневых садах было безлюдно и очень красиво. Сбор начнется только в сентябре, и местные говорят, что здешние яблоки самые вкусные и сочные. Раньше все эти земли принадлежали совхозу, но в 90-е его развалили, а деревья, как и повсюду в предгорьях стали вырубать, освобождая территорию для строительства. Но несколько лет назад именно этот сад взял под охрану алматинский бизнесмен, купивший местный конный парк, о котором говорила сестра.

Джамиля шла по тропинке и с интересом смотрела по сторонам, на аккуратные ряды яблонь. Внезапно она услышала внизу странный хлопок, будто что-то разорвалось под ногами.

Опустив голову, Джама увидела, что у нее порвался шлепок — отлетела верхняя часть и болталась у подошвы — ни туда-ни сюда.

“Печально, — подумала женщина. — Носила несколько лет и вот тебе на”.

Идти в них дальше было невозможно, поэтому Джамиля сняла шлепки, взяла их в руку и пошла по траве босиком, надеясь не наткнуться на что-нибудь острое. Но на этом ее злоключения не закончились, потому что вдали послышался топот копыт, который напряг и испугал не на шутку. Обернувшись, она увидела, как на нее галопом несется белая лошадь.

Глаза расширились от ужаса и Джама сначала побежала вперед, а потом додумалась свернуть и прижаться спиной к дереву. Прижав обувь к груди, она стояла ни жива ни мертва и тяжело дышала. Жеребец пролетел мимо, как стрела, и она вздохнула с облегчением, но выходить на тропинку не рискнула.

“Все нормально, все хорошо, это всего лишь лошадка” — говорила она вслух и закрыла глаза, чтобы восстановить дыхание.

Глубокий вдох — выдох. Вдох — выдох.

Прошла всего пара минут и разлепив веки, Джамиля снова вскрикнула от ужаса, потому что прямо перед ней стоял уже другой, на этот раз вороной конь.

— Девушка, не бойтесь. Он не кусается, — чистым и глубоким голосом сказал всадник.

Джама подняла голову и встретилась взглядом с мужчиной, уверенно сидевшим в седле. Он крепко держал поводья и смотрел на нее с интересом. На вид ему было около пятидесяти — выдавали многочисленные серебристые нити в волосах, на бровях и щетине. На нем были футболка и штаны цвета хаки, а также темные ботинки. И почему-то незнакомец напомнил Джамиле военного. Выправкой, интонацией, даже строгим, оценивающим взором.

— Я боюсь лошадей, — на выдохе призналась она, и еще сильнее вжалась в шершавую кору.

— Да ну что вы! Они — самые добрые животные на земле, — посмеялся мужик.

— Одна такая добрая лошадь чуть меня не угробила, — сделав бровки домиком у самой переносицы, сказала женщина.

Незнакомец ловко спустился на землю, погладил своего коня, успокаивая, повернул голову к Джамиле и скользнул по ней взглядом. Сразу отметил босые ступни стройные, белые ножки, точеную фигурку, острые ключицы и длинную шею.