Адские ныряльщики

Вокруг шел бой, Уивер потерял счет времени. Когда пальба стихла, он поднял глаза и увидел, что сирены отступили. Они уползли во мрак, оставляя за собой кровавые следы. Пронзительные вопли постепенно стихли.

– Нужно выбираться, – сказал Уивер. – Они вернутся.

Икс наклонился и взял Тони под мышки. Тот вскрикнул, забился в его руках.

– Я ранен, Икс, – сказал он. – Смертельно ранен.

Он опустил голову, посмотрел на свой живот и снова сдавленно вскрикнул.

– Со мной все кончено. Оставь меня здесь.

– Нет, – сказал Икс и покачал головой.

Уивер обернулся и увидел, что за спиной у них что-то мелькнуло.

– Нужно уходить! Немедленно! – крикнул он и указал на дюжину сирен, сидевших, как горгульи, на разрушенном парапете.

– Все нормально, – произнес Тони и поморщился от боли. – Я их задержу. Помогите мне сесть.

Он схватил Катрину за руки, та приподняла его и усадила.

Тони взглянул на Икса и сказал:

– Прошу тебя… – Он закашлялся, забрызгав шлем кровью изнутри. – Спаси «Улей».

– Спасу, – ответил Икс, сжав рукой его плечо.

Уивер знал, о чем все сейчас думают, потому что и сам думал о том же. Жизнь бесценна, а оборваться может быстро и жестоко. Икс на миг задержался – может, чтобы утешить Тони, а может, от потрясения при виде смертельной раны друга. Этого Уивер не знал. Зато он знал, что времени совсем не осталось.

– Нужно идти, – настойчиво повторил он.

Икс встал, не зная, как поступить, и наконец приказал:

– Вперед!

Магнолия, всхлипывая, побрела за остальными, не сводя глаз с Тони, которого они бросили умирать.

Уивера охватила странная смесь эмоций: тоска от того, что на его глазах умирал такой же дайвер, как он, и радость от того, что сам он остался в живых.

– Прости… – прошептал он и потом, перейдя на бег, продолжал твердить это слово, сам не понимая, за что извиняется – за свои мысли или за то, что они бросили Тони. Возможно, и за то, и за другое.

В конце концов жгучая боль в мышцах вытеснила все из его головы. Они обогнули еще один квартал, и когда добрались до конца улицы, за их спинами загрохотали выстрелы из винтовки Тони.

Уивер остановился, только свернув за следующий угол и убедившись, что там все чисто. Проехал на коленях по обледенелому бетону, замер, уставился на обломки «Ареса», резко кивнул в сторону рухнувшего корабля и, задыхаясь, проговорил:

– Пришли. Это… это мой дом.

21

«Улей» слегка качнуло. Эти подрагивания были едва заметны, но Тин знал, что они означают: корабль отчаянно старался удержаться в воздухе. Когда он это понял, то мгновенно принял решение. Гелиевый баллон нужно починить во что бы то ни стало. Для этого нужно только одно – дождаться возможности и сбежать.

Он бросил взгляд на вооруженных мужчин. Тревис и Рен ждали у коммуникационной панели.