Акула

Мелочно это как-то, не находишь?

Цепляев промолчал.

– Конечно, с цифрами на кимоно я был прав, – вступил в беседу Акулов. – И снова не ошибусь, когда предскажу, что в очень скором времени наш друг поспешит признаться в содеянном. Я извиняюсь за казенную формулировку, но сути дела это не меняет.

– Бить станете? – Вадим презрительно искривил губы.

– Нет, зачем? Во-первых, это не профессионально. Во-вторых, абсолютно нецелесообразно. Если меня как следует отколошматить, я признаюсь в убийстве шведского премьер-министра Улофа Пальме, но что дальше? Как только перестанут метелить, я от всего откажусь. Нет, раскаяние должно исходить от чистого сердца. И, как нам с коллегой кажется, от тебя оно изойдет. Давай прикинем, что тебя ждет в ближайшем будущем. Для начала, тебя посадят на трое суток за кокаин.

– Мне его подбросили!

– Половина задержанных так утверждает. И что? Изъят у тебя из кармана, понятые все подтвердят. Но дело даже не в этом. По сравнению с твоими остальными подвигами, хранение наркотиков такая мелочь, что говорить о ней просто смешно. За трое суток, пока ты будешь сидеть, мы проведем экспертизу ботинок. Я, конечно, не специалист, но что-то мне подсказывает: твои подошвы совпадут с отпечатками, обнаруженными возле трупов.

– Ну и что? Мало ли, где я ходил?

– Верно. Но, как косвенное доказательство, сойдет. Есть у нас один живой свидетель, который, можешь не сомневаться, загрузит тебя по полной программе. Есть у нас кассеты с поста видеонаблюдения в твоем доме. Если ты не в курсе, там отмечается дата и время, когда ты выходил из подъезда и возвращался обратно.

– Ну и что? Мало ли, куда я ходил?"

"– И тоже верно! С тобой приятно разговаривать. Ходить ты мог куда угодно, но, главное, у тебя была возможность совершить те преступления, которые тебе станут инкриминировать. А теперь самое главное. Я немного расскажу о твоем прошлом – в том, конечно, виде, как я его представляю. Родителей своих ты не помнишь, воспитывался в детдоме, шансов занять в жизни высокое положение у тебя было немного. Тебя приблизил к себе Леонид Леонович Ланской – человек, несколько лет назад в наших краях решавший очень многое. Потом он переехал в Москву, там женился на Оксане Владимировне. Все эти годы ты был при нем личным телохранителем. Не наемным охранником, который неизвестно как себя поведет в опасной ситуации, а именно тем человеком, который, не задумываясь, подставит свое брюхо под пули, направленные в дорогого хозяина. Такую преданность можно оценивать по-разному, и названий ей можно сочинить массу, в том числе и не самые лицеприятные, например – «собачья преданность», но не отметить ее нельзя. Ничего важнее, чем служить своему господину, для тебя в жизни не было.