Альфа-самка

Он попытался её успокоить, обнял за плечи и сказал:

– Сейчас мы поедем в больницу, всё будет хорошо.

– В этом сраном городе нет больниц! – отрезала она. – И ничего хорошо не будет! Меня укусила чайка!

– Возможно, ей понравилась твоя грудь, – предположил он, просто чтоб отвлечь жену, но эта грубая шутка вызвала обратный результат: Ира затряслась ещё сильнее и вдруг разрыдалась.

– Никому не нравится моя грудь! – сквозь слёзы проныла она.

А ведь она знала, как его бесят женские слёзы. Она нарочно хотела испортить ему отдых, злобная сука!

Пытаясь подобрать слова, он придвинулся к ней и нашёл уместную фразу, лишь взглянув поверх её рыдающей головы:

– Она приближается.

Она – то есть чайка – действительно приближалась, широко расставив крылья и пригнув туловище к песку. При этом её глазки смотрели точно на сгорбленную под зонтом пару, а с клюва стекала ярко-алая Ирина кровь.

– Это плохо, очень плохо! – сказала Ира.

Лёша почесал наметившийся пивной животик и промолчал.

Чайка подошла почти вплотную к людям. Лёша крикнул «кшш!», но птица не уловила угрозы в его голосе. Подойдя к краю полотенца, чайка замерла, решая, насколько проблематичным будет переход с песка на изумрудную поверхность материи.

– Прогони её, – попросила Ира.

Прежде чем он успел что-либо предпринять, чайка ударила клювом в кровоточащую ногу жены. На этот раз Ира успела увернуться, и клюв порвал нарисованного сноубордиста.

– Они так не делают, – произнёс Лёша.

Чайка ступила на полотенце и вновь ударила Иру клювом. Судя по визгу, попала."

"Лёша понял, что пришла пора действовать. Он подскочил, вырвал из песка зонт и сложил его. Теперь зонт превратился в достойный заменитель оружия. Чайка же в ожидании боя спокойно клевала Иру. Лёша пнул тварь ногой. Шлёпанец отлетел в сторону, чайка в облачке перьев – вслед за ним. Не давая птице шанса опомниться, он обрушил на неё зонт. Послышался хруст, короткий вскрик и хлопанье крыльев. Он ударил вновь, и чайка замерла на песке.

Хмурясь, Лёша подошёл к неправильной мёртвой птице и перевернул её кончиком зонта. Чайка как чайка, только с липким и красным клювом.

– Ерунда какая-то, – сказал он.

Что-то (ему показалось, что дирижабль) зависло над его головой, закрывая солнце. Потом село на плечо. Он ощутил жгучую боль, будто на плечо надели капкан. Нечто тяжёлое, мягкое и зловонное, как болото за пляжем, откусило ему мочку. Звук был такой, словно щёлкнули ножницы: вжик! – и кровь уже струится по его шее и спине. Он уронил зонт и вцепился в атакующее существо обеими руками. Нащупал крыло и потянул. Чайка захрустела, разжала когти. Лёша рванулся вперёд, подальше от упавшей твари. Пробежал десять шагов, прежде чем оглянуться.