Дикая война

Не хочешь съездить?

— А смысл? — подумав, спросил Мишка. — Купить всё равно ничего не куплю, а просто так ходить и облизываться — только душу травить. А от станицы кто поедет?

— Елисей собирается, — кивнул атаман. — С сыном старшим.

— Попрошу его, чтобы журналов всяких по новой технике мне купил, — кивнул Мишка.

— Сам скажу, — отмахнулся атаман. — Значит, не поедешь?

— Сергий Поликарпович, ну чего мне зря время терять? — снова вздохнул парень. — Из того, что там будет, нам тут самим никак не собрать. А просто так время терять, да ещё в самый сезон, смысла нет.

— Ну и ладно, — небрежно отмахнулся казак. — А чего примчался-то? Ты ж вроде говорил, что до самого Рождества на заимке останешься.

— Да сложилось так. В тех местах волков много стало. Пришлось с хантами большую охоту устроить. Вот и набралось шкур столько, что одним разом не увезти. Да ещё и мясо всякое в зиму, которое по осени готовил, тоже привёз.

— Хозяйственный ты мужик, Миша, — одобрительно кивнул атаман. — Сам один и ребёнка, и тётку тянешь, да ещё и вдове помогаешь. Молодец.

— Благодарствую, Сергий Поликарпович. А не подскажете, где Настя ваша? Я ей тут за помощь с дочкой гостинцев привёз, — осторожно поинтересовался Мишка, поясняя свой интерес.

— Прискачет скоро, коза, — рассмеялся казак. — Как увидела механику твою на улице, так всё по комнате, словно кошка ошпаренная, носится. Всё тряпки перебирает, — выдал он девушку с головой. — Ладно, Миша. Пойду я. Отдыхай пока.

Попрощавшись, атаман вышел. Но не успел Мишка приступить к чаепитию, как в дверях возникла Настя. Улыбнувшись ей, парень поднялся и, развязав мешок, выложил на лавку гостинцы. Тут же возникшая словно из воздуха Глафира принялась рулить процессом примерки, а Мишка вернулся за стол. Примерив всё полученное, девушка, мило краснея, принялась благодарить его. И только теперь Настя рассмотрела шкуру на стене.

Глаза и рот девушки превратились в три ровных кружочка, а как дышать она явно на некоторое время забыла. Потом осторожно подойдя к стене, коснулась ладошкой шерсти и, судорожно вздохнув, еле слышно произнесла:

— Какой же он огромный!

— Да уж, не маленький, — улыбнулся Мишка, едва сдерживая зевок.

После долгой дороги, бани и сытного ужина в сон клонило. Опомнившись, Настя суетливо попрощалась и, подхватив поданный тёткой мешок с подарками, убежала.

— Молодец, сынок, — с улыбкой произнесла Глафира, присаживаясь к столу. — Порадовал девку. И с размером угадал. Всё как влитое село. А главное, богатое всё. Такие меха в лавке дорого стоят."

"— А это тут при каких делах? — не понял Мишка.

— Ох, сынок, и дикий же ты у меня. Одно слово, таёжник, — рассмеялась тётка. — Да тут любому с одного взгляда ясно станет, что такие гостинцы просто так не делают.