Анестезия

– Ты как себя чувствуешь?

Настя снова проверила температуру, приложив ладонь ко лбу дочери. Кажется, пока всё было нормально.

– Хорошо чувствую, только спать опять хочется.

Глаша зевнула и закрыла глаза. Саша осторожно придерживал ребёнка одной рукой, второй же направил кресло туда, где оно не стало бы мешать на проходе. Похоже, он собирался задержаться здесь?

– Ладно, я пойду молока подогрею Аглае.

– Хорошо. Пусть она пока отдыхает, – шёпотом откликнулся Саша, и Настя вышла.

Она была… удивлена. И это мягко говоря. То, каким Зубарев становился рядом с Аглаей, поражало. Как будто именно ребёнок и мог вернуть его в то время, когда он не был озлоблен из-за полученной травмы.

– Ну, как она?

Влас и мама, тихо переговаривающиеся в кухне, как по команде подняли взгляд на вошедшую Настю.

– У Саши на руках устроилась и вроде опять спать собралась.

– Хм.

Влас кашлянул и спрятал улыбку за глотком чая, который ему тут же принялась подливать мама Насти. Странные они оба какие-то…

– Так, я сейчас Глаше молока хочу приготовить, а то она не ела толком ничего."

"Настя захлопотала у плиты, чувствуя на себе взгляды Власа и матери. Интересно, что они тут обсуждали, пока оставались вдвоём? Наверняка всю эту ситуацию, в которой каждый из них вроде как тоже был замешан.

И Настя бы с удовольствием присоединилась к этим обсуждениям, если бы они настолько её не трогали. Да, присутствие в её доме Саши отзывалось внутри Насти совершенно по-особенному, хоть она и делала вид, прежде всего перед самой собой, что это не так.

– Всё. Пойду молока Глаше дам.

Она повернулась к Власу, сомневаясь, стоит ли спрашивать его о том, когда они с Зубаревым уедут. Но тот сам её понял без слов:

– А я тогда Сашу домой отвезу.

Влас поднялся из-за стола и последовал за Настей, но когда оба вошли в их с Аглаей спальню, оказалось, что и Зубарев, и Глаша… спят. Саша, теперь уже прижимающий к себе ребёнка обеими руками, откинул голову назад и уснул. Аглая тоже посапывала, уткнувшись лицом в плечо Зубарева.

– Мда-а, – протянул Влас, почёсывая затылок. – Вот и что теперь делать?

– Ума не приложу. Будить, что ли?

Она поставила молоко на столик и посмотрела на помощника Саши вопросительно, раздумывая, стоит ли задавать вопросы о той сфере жизни Зубарева, для обеспечения которой Влас и находился рядом с ним.

– Пусть пока поспят, если ты не против.

Настя пожала плечами. С чего бы ей быть против? Если уж Влас считал, что можно оставить Сашу спать, то она спорить не собиралась.

– Это на пару часиков. Максимум. Мы потом уедем, – добавил Влас и вышел из комнаты.

Настя устроилась на постели рядом с креслом Зубарева и Глашей. Улыбнулась, когда Аглая во сне поморщилась, но прижиматься к Саше не перестала.