Аспирант

Сейчас идём к «Барышникам», прорываемся к судам. Запомни, торпеда через открытый второй ангар в стену левого коридора. Это самое уязвимое место у судна, там незащищённый реактор. От попадания протонной торпеды судно может взорваться. Такие минусы у моего «Барышника», не думаю, что тут что-то изменено. Свяжись с командиром эскадрилий «Браво» и сообщи, пусть прикрывают яхты и челнок, мы прорвёмся к станции управления дроидами и постараемся уничтожить её. Ещё надо как-то щиты сбить у «Барышника», они очень мощные для наших протонных торпед.

— Я видел, как тебе в пусковые зарядили две ионные торпеды. Ты всё рассчитал, я прав?"

"— Ты прав, — подтвердил я, выводя истребитель на орбиту и разгоняясь следом за машина Кеноби. — Они способны кратковременно вывести щиты из строя, хватит чтобы проскочить через щит во внутреннюю зону безопасности, и открыть огонь по нужному ангару и реактору. Работаем по плану?

Ответить Кеноби мне не успел, в разговор вмешался Кван-Гон, находясь на яхте, что приказал:

— Прорываемся в сторону Корусанта, поддержите остальных истребителей, мы уже потеряли две машины. Считаю атаку станции управления невыполнимой. Выполняйте приказ.

— Тьфу, — только и был мой ответ. Это решение не на моей совести.

Дальше мы закрутились в бою, уйти яхте мы дали, хотя ей и досталось, челнок вместе со всеми пассажирами на нём был уничтожен, три оставшихся истребителя, включая наши с Кеноби тоже ушли в гипер. Я задал координаты Татуина, и приказал астромеху рассчитать их, на что тот пробибикал на бинарном и истребитель ушёл в прыжок. Сам бой был очень жаркий, надо сказать, не смотря на то что тот шёл всего минут пять, вымотался я изрядно, так как пришлось приложить все силы не только физические, но и моральные. Я также уничтожал истребителей противника Силой. Так что восемнадцать уничтоженных «Стервятников» бортовым вооружением «Н-1», и полторы сотни Силой, очень неплохо результат на моём счету. Однако везде я поспеть не мог, оттого и погибли те что были на челноке и те парни из «Браво». Сценаристы чёртовы, заколебали американизмом во всём.

Истребитель имел одну кабину, без санузла, или возможности размяться, только сидеть, и скорее рассчитан для кратковременных полётов или сопровождения яхты. До Татуина было пять часов лёта, потерплю. Да и терпел, и на шестой час начал беспокоится, мы же должны были выйти из гипера на орбите этой пустынной планеты, а полёт ещё продолжался. Подумав, я поинтересовался у астромеха:

— Эрдва, куда мы лети?.. Что значит на Корусант?! Я же приказал на Татуин! Что значит джедай приказал?! Что значит у него степень старшинства выше?! Ты охренел жестянка?!

Разозлившись, я Силой отключил астромеха и провёл процедуры силового вывода истребителя из гипера.