Беременная для Зверя

Но соски чистый кайф — как малина бархатная. Торчат вперёд, как гильзы от пуль.

— Что ты делаешь? А-а-а-а… — стонет, когда я пальцами её соски выкручиваю. Потом мягко ладонью всю грудь собираю. В комок. Сладкая. Тугая. Высокая. Я бы с этой игрушкой день не расставался. Мял и пробовал. Синяки оставлял от засосов. Но сейчас я её по-другому взять хочу.

Звезду текущую трогать не буду. Дам оклематься Малой ещё пару деньков. У себя в схроне расчехлю конкретно. Распечатаю по всем фронтам. Не уйдёт от моего болта. Он на неё, как суслик, блять, встаёт. Резко и по команде вытягивается.

Потом в ней долбиться похотью будет.

Но и сейчас кайфануть надо, ощущая тепло её тела под собой. Коленями по обе стороны её тела упираюсь. Концом между грудей налитых тыкаюсь. Сжимаю эти шары и двигаю членом. Не любитель трахать сиськи у баб. Но сейчас мне в кайф. Жёсткий такой кайф. Грудь её влажная от пота немного. Член по ней скользит, как надо.

— Боже… — выдыхает она, видя мой болт так близко. Близко от рта своего. Глаза закатывает и вверх смотрит.

— Мне в глаза смотри! — командую. — И дрочи быстрее. Я скоро тебя спермой помечу… Чуешь, что кончить хочется?"

"В светлых глазах её что-то мелькает.

Натура даёт о себе знать. Природой в ней это заложено. Уверен, знает она, как себя подать мужику. Интуитивно чует, но не делает. Типа выше этого? Скоро я тебя обрадую — будешь ниже. Ниже, чем сейчас.

— Хочется? — спрашиваю. Едва сдерживаюсь, чтобы не стонать, как конченый. Чувства рвут провода терпения в ошмётки.

— Да! — выжимает из себя сквозь стиснутые зубы. — Да-а-а-а-а…

Ещё раз. Мягче. Глубже. Эротичнее. Словно всю её сущность наизнанку вывернули и в голос превратили. В стон этот глубокий.

Бархатный. Низкий. Обволакивающий.

Глушит меня им, как взрывом. Ничего больше не слышно. И зрение подводит. Всё становится фрагментарным. Рваным. Губы пышные. Влажные. Волосы путаные. Белизна подушки отельной под её головой.

Толчки.

Молочные капли спермы.

Оргазм. Он вроде у меня здесь, на конце болта, а у неё между ног — пожаром. Кипятком. Но я его как одно чувствую.

Голову как будто бьют чем-то тяжёлым. Пусто там. Гулко. Её рот распахнутый в громком стоне. И я не слышу. Только вижу.

Взгляд её меня цепляет, как крюком. Больно до рези. Глаза жжёт.

Но закрыть нереально. Топит меня в зелени этой. Яркой. Пронизывающей. Колкой.

Спермой её на всю грудь и на шею запачкал. Падаю на кровать рядом с ней и пальцами сразу туда, к звезде. Трогаю её. Она совсем мягкая стала. Разнеженная. Удовлетворённая. И под задницей её мокро.

Влажно. Текла. И не кровью. Соврала, да? Дрянь… Но мне сейчас слишком хорошо, чтобы её за ложь чмырить. Позже отработает. Отсосом. Горловой сделает на пятёрку — прощу за обман.

Но пока мы лежим. Оба. Шевелиться не хочется. Ничего не хочется.