15
0И выпалила убеждённо: – Ты не мог!"
"Как именно баронесса пришла к такому выводу, я не знала, но мнение разделяла полностью. Дан не мог продать особняк – он слишком любит этот дом. Тем не менее в теории было возможно всякое. И рассчитывать на гостеприимство, не получив ответа на письмо…
Даже тот факт, что отсутствие ответа связано с отсутствием самого Дантоса – ведь именно в тот период блондинчик в Рестрич уехал, – ситуации не менял.
– Изначально я собиралась остановиться у Марты, – пояснила своё «легкомыслие» Дилия. Не лгала, кстати. – Но… ты же знаешь, как у них тесно!
Последнее тоже являлось правдой, и герцог Кернский об этом, безусловно, знал. Тем не менее решения не изменил. Сказал с нажимом:
– Дилия, я сожалею, но принять тебя не могу.
Женщина скривилась. Дала племяннику две секунды на то, чтобы одуматься, а после присела в подчёркнуто глубоком реверансе. А выпрямившись, бросила красноречивый взгляд на меня и позволила себе лёгкую усмешку.
– Что ж, извини за беспокойство… – сказала, обращаясь уже к Дану. И тише, так, чтобы только наша компания услышать могла: – Впрочем, учитывая твоё окружение, неудивительно.
– Дилия! – процедил Дантос, но баронесса Ротинис от строгого тона отмахнулась.
– Была рада повидаться, – заявила она. – Хорошей вам дороги.
С этими словами леди развернулась и направилась прочь, к собственному столику. Гордая и «бесконечно оскорблённая».
Наблюдая за её укоризненно-прямой спиной, я не выдержала и хмыкнула. И тут же отвлеклась на подавальщицу, которая тащила поднос с нашим обедом. Кажется, девушке пришлось некоторое время топтаться на месте, дожидаясь, когда господа побеседуют. То есть, если б ни Дилия, мы бы уже сытыми были.
Дантос и Вернон неспешно вернулись за стол. С лёгким безразличием пронаблюдали за тем, как на нём появляются тарелки. А едва подавальщица отошла, я услышала:
– Астрид, прости. – Реплика принадлежала Дану. – Прости, я…
Я прервала блондинчика жестом и кивнула на тарелку с супом. Только герцог Кернский не среагировал, поэтому пришлось сказать:
– Всё в порядке.
– Нет, не в порядке, – ответил Дантос. – Дилия не имела права, и я…
– Ты не виноват, – вновь перебила я. – И чувства твоей тёти вполне понятны. Я действительно простолюдинка, а наш с тобой союз не слишком нормален. Такие, как ты, не женятся на таких, как я. Мы из разных миров.
Собеседник упрямо мотнул головой, но сказал не совсем то, что я ожидала:
– Дело не в этом.
– А в чём?
Дантос прикрыл глаза и не ответил. Вернее, ответил, но…
– Не здесь.
Вот как? Интересно…
Я подарила их светлости исполненный любопытства взгляд и уверенно подхватила ложку. А продегустировав сырный суп, которым нас нынче кормили, осознала важное: неприязнь Дилии меня действительно не задела.
