Без Чести

Или почти идеальными.

Я знал где именно должен быть мой меч в нужный момент. И, самое главное, у меня получалось воплотить это знание в жизнь!

И вот теперь бы ещё выяснить, откуда эти знания и умения взялись. Можно было бы списать всё на новый ранг. Но Михалёв тоже с третьим. И тоже недавно его взял. Вот только проигрывал мне вчистую.

— Ещё, боярин? — азартно спросил десятник, выводя меня из задумчивости.

— А давай! — согласился я, решив, что подумаю об этом потом."

"В этот раз я не стал спешить. Сдерживал себя и старался биться с соперником на равных, между делом изучая своё новое умение. Но минут через десять мы так увлеклись поединком, что взвинтили темп просто до каких-то нереальных скоростей. И я, не сдержавшись, снова выбил у Михалёва меч и обозначил смертельное касание.

Но десятник не выглядел недовольным. Напротив. Он радостно улыбался, словно полностью довольный жизнью человек. Да мне и самому понравился поединок. Это было очень и очень круто!

— Боярин! — отвлёк меня голос со стороны дома. Обернувшись, я увидел Вторушу. — Там к тебе какой-то Иванов рвётся. Да не один, а с двумя воинами. Я ему говорю, чтобы один шёл, а он ругается. Всё требует тебя и требует. Гнать?

— Требует, говоришь? — кровожадно улыбнулся я. В крови бурлил адреналин, и очень хотелось с кем-нибудь подраться. Всерьёз. А тут такой хороший случай. — Ну, если требует, то пусть сюда идут. Пропусти.

— Ага, — кивнул Вторуша и убежал.

— Бить будешь, боярин? — усмехнувшись, спросил меня Михалёв.

— Что, так заметно? — удивился я.

— Ага. Да мне и самому кого-нибудь отлупить хочется! Мне меч взять?

— Не надо. Этот Иванов теперь мой боярский сын. А кто же сыновей мечом учит? Для этого палка есть! — я подбросил в руке тренировочный меч. И рассмеялся. А десятник поддержал. Вот таких ржущих нас и увидел вышедший из-за угла боярин.

Что можно сказать про Иванова? Седой, крепкий. Возраст под полтинник или чуть старше. Одет со вкусом. Даже, я бы сказал, стильно. И видно, что очень этим гордится. Во взгляде смешиваются превосходство, злость и брезгливость.

Два воина, что пришли с ним, помладше. Лет тридцати пяти, сорока. Расположились слева и справа от своего боярина. Но на полшага сзади. Смотрят так, словно нас с Михалёвым вообще за людей не считают. Одеты тоже как на парад.

Вообще, их всех троих буквально распирало от чувства собственного достоинства. А увидев нас с десятником, раздулись ещё сильнее.

Ну да, контраст тот ещё. Мы ведь после тренировки. Раскрасневшиеся, потные. Ещё и ржём стоим. И тут эти три павлина.

Остановились они шагов за пять до нас. Так же как и шли, Иванов чуть впереди. Его воины на полшага позади. Как по линейке.

Стоят, разглядывают нас, словно диковинку какую.