Блудный папа для сорванца

Но зачем ждать?

– То есть вы хотите не просто брать ребенка на выходные, а принимать полноценное участие в его жизни? Во всех аспектах? – уточнила я, понимая, что новые родственники рушат все мыслимые и немыслимые барьеры.

Почему-то в голове возникла картинка: стадо ревущих бизонов сносит хлипкое ограждение на пути к своей цели…

– Елизавета, это очевидно. Не буду ходить вокруг да около, – продолжил Черкасов-старший. – У нашей семьи достаточно средств, чтобы отсудить ребенка, если что…

– Вы что, мне угрожаете? – я даже вскочила, разъяренно воскликнув. – Зачем? Зачем вы это делаете? Я пошла навстречу, привезла ребенка, а вы… Вы…

– Кажется, конструктивного диалога сегодня ни с кем не выйдет! – Гришин отец резко встал с кресла и пулей вылетел из гостиной, оставив нас наедине с его матерью.

Я беспомощно посмотрела на нее, а она сделала жалобное лицо и взяла меня за руку.

Мне почему-то не захотелось ее отдернуть, я хваталась за любую поддержку, как бумажный кораблик за любой куст, встречающийся на его пути во время стремительного плавания по бурной реке…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 36.

Лиза. Свекровь-монстр?

– Лиза, не стоит нервничать. Мой муж давно и успешно занимается бизнесом, он большой начальник и довольно прямолинеен, когда нужно действовать либо принимать решения, – Гришина мать вполне мило улыбнулась, пытаясь поддержать и успокоить."

"– Вы же понимаете, что я так просто не отдам своего ребенка, – специально сказала «своего» с нажимом. – Да, Гриша – Кирюшкин отец, но я мать и так открыто угрожать себе не позволю.

– Никто не желает мальчику зла и не собирается у вас его забирать.

Мы всё понимаем и готовы подождать, пока закончатся новогодние праздники и всё войдет в привычную колею, тогда уже будет можно обсуждать дела более конкретно, – она приглашающе указала мне на кресло и присела сама.

– Я бы лучше пошла на улицу, присмотрела за сыном. У него ушиблена рука, – объяснила я, – не хочу, чтобы он снова поскользнулся и упал.

– Дайте отцу и сыну немного побыть вдвоем, а мы спокойно обсудим сложившуюся ситуацию, – продолжала настаивать Елена Павловна.

Я со вздохом снова разместилась в кресле.

Рассиживаться не собиралась. Там на улице ждали двое любимых мужчин и разговаривать с человеком, который меня потенциально ненавидит, не было ни сил, ни желания.

– Хорошо, я не против обсудить ситуацию, только меня нервирует, когда вы говорите об адвокатах и открыто угрожаете. Хочу, чтобы мы разобрались полюбовно. Я понимаю, что вам трудно понять мое решение скрывать ребенка. Я не буду препятствовать Грише встречаться с сыном, но вы должны принять, что у него уже есть отец.