Хозяйка собственного поместья

Что за невозможный человек: то рычит, то вот пиджак… Снова повернулась к Федору. — Показать-то сможешь?

— А, ну да, прощенья просим. — Парень повертел головой. — Нагнал он меня по дороге от деревни, значит. А уехал потом дальше по дороге, вон туда. — Он махнул рукой. — В город, получается.

Выходило, не к Настеньке этот тип ехал, или сначала к кому-то другому в гости попал, а потом решил заглянуть на огонек.

Жаль, что не заглянул, я бы с ним побеседовала по душам. Даже если между ним и Настенькой что-то было, надо совсем не иметь никакого представления о порядочности, чтобы болтать направо и налево о романе с замужней женщиной.

Тем более если — я по-прежнему была в этом уверена — ничего не было.

— А трезвый он был? Барин-то?

— Да нешто я посмею…

— Пахло от него спиртным?

— Да.

Может, потому и решил заглянуть, что подвыпил. А может, и подсказал кто — как теперь проверишь?

И не было ли чего в той фляжке кроме водки? Слишком уж крепко парни спали для пятидесяти граммов на каждого. Может, выпивка та вовсе не для них предназначалась? А что дамам такие напитки не положены — так не Зайков первый, не он последний, кто в сок или, того хуже, в шампанское тишком водку или коньяк подливает.

Или у меня паранойя? В чем смысл добиваться… даже благосклонностью это назвать нельзя… брошенной жены? Богатая любовница, блистающая в свете, связью с которой можно похвастаться, — это понятно. А так?

И все же я спросила.

— И как водка барская была? Хороша?

Парни переглянулись.

— Правду говорите, — добавил Виктор.

— Крепкая очень, — сказал за всех Михаил. — Прямо огненная вода. В голову сразу дала. А на вкус… уж простите, Настасья Пална, и вы, Виктор Саныч, мы люди простые. Пахла чудно, вроде полынью с укропом, а вроде и сладко как.

И горькая. Может, не поняли мы чего, может, она только мужикам горькая, потому как тонкостью не наделены, не для нас делано.

Полынью? Абсент?

— Барин сказал, из Ланг… Ланге… — Федор смешался

— Лангедойля? — подсказал Виктор.

— Да, оно самое. Оттудова, значит, привез, редкость, дескать, цени.

Похоже, действительно абсент. Тогда в самом деле очень крепкое, градусов семьдесят. Молодым парням после работы могло и хватить. Или там была не только полынь?

— Погодите-ка.

Я вернула Виктору его пиджак. Метнулась в спальню, накинула теплый платок.

Вынула из сундука бутылку с лауданумом. Вернувшись, сунула его под нос парням.

— Похоже пахнет?

Полыни, конечно, в нем не было, зато чувствовался сладковатый, тяжелый запах опиума.

Парни по очереди сунули нос в бутылку, переглянулись.

— Вроде похоже, а вроде и нет, — снова сказал за всех Михаил.

Что ж, эксперимент не удался.

— Ладно. Значит, про барина хватит, — сказала я. — Теперь о вас давайте.

Парни опять понурились. Я сделала вид, будто не заметила.

— В поджоге я вас не виню.